Как используется власть: защитные цели

Власть – это способность одного человека или целой группы людей навязывать свои цели другим. Ее наличие порождает три вопроса: кто этой властью об­ладает (ибо это не всегда бывает очевидным); для дости­жения каких целей ее используют; и каким образом до­биваются согласия или повиновения всех остальных? В планирующей системе, т. е. в экономическом механизме крупных корпораций, власть принадлежит техноструктуре, и она, эта власть, растет вместе с ростом размеров и зрелостью фирмы.

Средства, которые используются для осуществления власти, рассматриваются в последующих главах. Здесь же необходимо остановиться на тех целях, которым эта власть служит.

На первый взгляд эти цели одинаковы для всех фирм, больших и малых. Мелкий предприниматель прежде все­го стремится сохранить свое положение, или власть, т. е. избежать банкротства и обеспечить свою деятельность. Такое стремление, и в этом нет ничего особенно нового, может быть названо его защитной целью.

Надежно защитив свое существование, он постарается расширить дело, т. е. будет преследовать свои положи­тельные цели. Для небольших фирм достижение обеих целей связано с получением дохода. Защитная цель до­стигается с помощью определенного минимального уровня поступлений; если предприниматель не обеспечивает со­ответствующего уровня этих поступлений, то он теряет ка­питал, а вместе с ним и право управлять предприятием в дальнейшем. Положительная же цель мелкого предприни­мателя, как принято считать, заключается в том, чтобы, насколько возможно, превысить этот минимальный уровень, не подвергая себя чрезмерному риску, т. е. не под­вергая слишком серьезной опасности тот минимум дохо­да, который необходим для достижения защитной цели.

Цели техноструктуры подобным же образом делятся на защитные и положительные. Но по сравнению с мел­ким предпринимателем цели, которым служит техноструктура, более разнообразны и сложны. Это связано с тем, что в отличие от мелкого предпринимателя техноструктура не находится в полной зависимости от рынка, по­скольку она значительно сильнее, имеет большую свободу в выборе и достижении своих целей.

У техноструктуры две защитные цели. Она должна, подобно мелкому предпринимателю, обеспечить свое су­ществование, и, кроме того, она должна помешать кому бы то ни было – недовольному акционеру или кредитору, не получившему свои деньги, – сместить ее. Короче го­воря, техноструктура должна свести к минимуму опас­ность внешнего вмешательства в принимаемые ею реше­ния. В предыдущей главе было показано, что все важ­нейшие решения принимаются коллективно, ибо только таким способом можно собрать и учесть и всю ту необ­ходимую и ценную информацию, и весь тот опыт, кото­рые оказывают воздействие на это решение. И мы уже видели, что вмешательство в эти решения человека, ко­торый сам не участвует в процессе их выработки, весьма вероятно, нанесет ущерб, и, уж во всяком случае, оно бу­дет казаться таким членам техноструктуры, полностью отдающим себе отчет в том, какой объем информации по­требовалось привлечь для выработки решения по этому вопросу.

С ростом фирмы и усложнением решаемых задач техноструктура будет вынуждена все настойчивее ограждать процесс принятия решений от вмешательства плохо осве­домленных посторонних лиц.

Существует четыре возможных источника такого вмешательства. Во-первых, это владельцы и кредиторы. Кон­троль над деятельностью фирмы представляет собой иск­лючительное право собственника капитала в системе, ко­торая все еще называется капитализмом. Управлять – вот основная законная прерогатива капиталиста.

Аналогичным образом организация, предоставляющая фирме кредит, имеет право, прежде чем представить его, выяснить по крайней мере, как он будет использован, а также получает право на имущество фирмы в случае не­выполнения обязательств. В течение всего срока займа эта организация в определенной степени имеет право на обеспечение безопасности своих средств.

Тремя другими возможными источниками вмешатель­ства являются рабочие (обычно через профсоюз), потре­бители и правительство. Техноструктура зрелой корпора­ции оказывает сопротивление любому внешнему вмеша­тельству. Однако противодействие вмешательству в дела фирмы со стороны владельца или кредитора (а возможно, и потребителя) обычно осуществляется в значительно бо­лее тактичной и осторожной форме, чем это имеет место в отношении профсоюза или правительства. На профсо­юзы и правительство может обрушиться целый поток не­годования. От вмешательства акционеров избавляются, со­здав у них иллюзию власти, которой они, по существу, не располагают. Но цель – устранить некомпетентное посто­роннее лицо – остается прежней.

Основным способом, позволяющим техноструктуре огра­дить процесс принятии решеиий от владельцев и креди­торов, является обеспечение определенного минимального (хотя и не обязательно низкого) уровня доходов. Все остальное куда менее важно. Если достигнут некоторый приемлемый уровень прибыли, то акционеры остаются пассивными. Они пробуждаются либо поодиночке, либо целыми группами лишь тогда, когда доходы малы, то фирма терпит убытки, а дивиденды сокращаются. Борьба за власть в крупной фирме (если не рассматривать по­пыток ее поглощения) начинается только в том случае, когда ее прибыль мала, или тогда, когда она терпит убыт­ки. Внутри почти сотни крупнейших корпораций (на них приходится основная масса продаж и активов) при условии получения хороших доходов понятие борьбы за власть почти неизвестно. Другими словами, в этих условиях, т. е. при достаточно высоких доходах, положение техноструктуры будет неуязвимым.

Что касается менее крупных из числа самых больших фирм, допустим, 800 фирм, занимающих нижнюю часть списка 1000 крупнейших корпораций при низких или не­устойчивых прибылях и при наличии других благоприятных обстоятельств, существует большая вероятность их поглощения. Когда прибыли или низки, или их нет во­все, то акции фирмы дешевы и акционеры готовы прода­вать их другой корпорации по любой цене, превышаю­щей текущую рыночную цену. Скупка акций дает воз­можность устранить верхушку техноструктуры. Эта вер­хушка никогда не согласится с ограничением ее власти. Вся остальная техноструктура, которая по своей природе незаменима, уцелеет. Но и здесь также в течение неко­торого периода будет царить неуверенность и неопреде­ленность, ибо смена власти всегда чревата попытками проанализировать и перестроить всю организацию. Техноструктура корпорации, которая поглотила другую корпо­рацию, очень часто не сознает ограниченности собствен­ных познаний о поглощенной фирме. И поэтому очень велика, по крайней мере на первых порах, опасность при­нятия некомпетентного решения по самым существенным вопросам, как, например: плохо подготовленное производ­ство на новых или существующих конвейерных ли­ниях, недостаточно продуманные капиталовложения, раз­мещение или покупка ценных бумаг без всей необходи­мой в таких случаях информации. В этом состоит одна из причин ухудшения деятельности малоприбыльных фирм при их поглощении новым и энергичным конгломе­ратом.

Если прибыль не достигла некоторого определенного уровня, то не существует надежных средств против скуп­ки акций у акционеров. Только получение хороших прибылей является лучшей защитой. Высокие доходы – вот лучший аргумент, убеждающий акционеров не расставать­ся со своими акциями.

Достаточный уровень прибыли дает фирме, а следо­вательно, и техноструктуре, источник накопления, а тем самым и капитал, которым она сама полностью распоря­жается. Когда нет нужды во внешних средствах, то нет и необходимости идти на какие-либо уступки тем, кто эти средства предоставляет.

При отсутствии долгов фирма может оградить себя от внешнего вмешательства и тогда, когда ее доходы малы, а если ей и приходится прибегать к займам, то она делает это на условиях, которые обеспечивают ей независимость. Наличие прибылей является доказательством компетентности решений, принимаемых техноструктурой.

Фирма, которая «не делает деньги», вынуждена об­ращаться за помощью к инвестиционным и другим бан­кам, а также к страховым компаниям [Такая фирма часто имеет представителей указанных банков в компаний в своем совете директоров, что позволяет информи­ровать финансовые круги и создать у них доверие, а значит, и облегчить порядок финансирования. Подобная форма является одним из видов делового патронажа. Эти директора, обычно уступчивые и даже пребывающие в состоянии безразличия, часто проявляют активность как только падают доходы (см.: Р. С. Dоо1еу, The Interlocking Directorate, The American Economic Review, vol. 59, № 3, 1969, June, p. 314). Проф. Дулей, хотя и признает существование значительной автономии техноструктуры, считает, что внешние директора оказывают сильное влияние в интересах «местной общины», а также воздействуют на финансовую поли­тику и выступают за ограничение разрушительной конкуренции. Я считаю, что, указывая на масштабы переплетения между сове­тами директоров, он, возможно, стремится преувеличить воздействие такого переплетения.].

Выступая в качестве покорного просителя, фирма не может ни отклонить вопросы, касающиеся ее высших служащих или основных принимаемых решений, ни про­тивостоять возможному вмешательству в ее дела, так как отсутствие прибылей заставляет предполагать, что внеш­нее вмешательство сможет исправить положение. Такое вмешательство подобно любому другому внешнему вме­шательству будет столь же некомпетентным, а значит, в вредным. Когда фирма попадает под контроль банков, то ее деятельность почти наверняка ухудшается, что объясняется особыми причинами.

Итак, первая защитная цель техноструктуры – обеспечить достаточный и устойчивый уровень прибыли. Все, что может служить достижению этой цели – стабилиза­ция цен, контроль над издержками производства, управ­ление реакцией потребителей и потребительским спросом, нейтрализация не поддающихся контролю неблагоприят­ных тенденций в изменениях цен и издержек и в поведе­нии потребителя, обеспечение такой правительственной политики, которая сделает спрос устойчивым или устра­нит нежелательный риск, – становится основным в деятельности техноструктуры и корпорации.

В планирующей системе техноструктура фирмы суще­ствует за счет так называемых накладных расходов – эти расходы почти не связаны с объемом продаж или раз­мерами производства. Но каждый член организации зави­сит от компетентности всех остальных, и, кроме того, все они зависят от опыта их совместной работы в этой организации. Опыт совместной работы позволяет каждому владельцу информации определять, в какой мере можно доверять сведениям всех остальных участников. И если раньше работника можно было без каких-то затруднений нанять или уволить, то в случае, когда речь идет об орга­низации, увольнение или понижение в должности любого ее члена не может пройти безболезненно.

Организацию необходимо оберегать. Кроме того, техноструктура сама является направляющей силой. Поэтому особую остроту принимает вопрос об увольнении в основ­ном тех же сотрудников, которые сами должны осущест­влять такое увольнение.

Развитое в техническом отношении производство тре­бует значительных вложений как в основной, так и в обо­ротный капитал. Эти инвестиции представляют собой также накладные расходы. Но поскольку источником ка­питала является прибыль, а значит не растут ставки про­центных отчислений, то это значительно уменьшает риск, связанный с осуществлением подобных инвестиций.

Наконец, рост современных конгломератов существен­но зависит от заемных денежных средств – еще еще одна добавка к постоянным. накладным расходам.

Если при постоянных издержках спрос и цены изме­няются, то, очевидно, прибыль будет неустойчивой. По­этому у фирмы в планирующей системе возникает допол­нительный мощный стимул поставить все эти факторы – цены, издержки, спрос, действия правительства – под свой контроль таким образом обеспечить себе необходимую прибыль. Когда власть используют для защиты, то здесь нельзя говорить о каких-то преднамеренных действиях. Это в основном вынужденная мера. Техника и связанная с ней необходимость в организации, а также потреб­ность в капитале приводят к тому, что фирма, если она хочет выжить, должна навязывать свои цели обществу и, таким образом, управлять теми силами в окружающей ее среде, которые могли бы угрожать ее доходам.

Деятельность техноструктуры, направленная на то, чтобы обеспечить минимально необходимый уровень при­были, не во всем одинакова или успешна. Как будет пока­зано в следующей главе, конгломераты предпочитают постоянному получению доходов. Поэтому их прибыли не­минуемо будут менее надежными, чем прибыли других крупных фирм. В начале 70-х годов некоторые фирмы, производящие оружие, вынуждены были решать такие задачи, которые, по крайней мере в тот период, превосхо­дили их возможности. Тем не менее надежность получения прибыли для крупнейших корпораций чрезвычайно велика. В 1970 г. – а он был плохим годом с точки зрения доходов корпораций [См. главу XVII] – из 100 крупнейших промышлен­ных компаний (фирм) лишь шесть оказались убыточны­ми. И это были, если не считать компании «Крайслер», либо компании, производящие оружие, либо конгломераты или их сочетание. Среди крупнейших финансовых и коммерческих корпораций убытки встречаются еще реже.

В 1971 г. из 100 самых крупных промышленных ком­паний только семь были убыточными. И снова ими были, за исключением двух корпораций, компании, производя­щие оружие, и конгломераты. И лишь две компании несли убытки два года подряд [Некоторые железнодорожные компании также понесли убытки, что, однако, лишь подтверждает общее правило. Государ­ственное регулирование в общем не давало железнодорожным компаниям возможности управлять факторами, влиявшими на их доходы. И, вероятно, частично в силу такого положения, они стали беспомощными во всем, что касается ведения их дел.].

Мы уже отмечали, что защитные цели технострукту­ры также требуют, чтобы профсоюзы, потребители и правительство не вмешивались в процесс выработки реше­ний. В данном случае основной защитой служит тради­ционная экономическая теория, мощным подспорьем для которой являются сложившиеся обычаи. По неоклассиче­ским представлениям фирма в конечном счете подчинена рынку и тем самым потребителю. Поэтому у потребителя (или правительства, действующего в интересах этого по­требителя) нет и не может быть оснований для какого бы то ни было вмешательства в ее дела. Он и так властвует. Обман и умышленное одурачивание потребителя следует пресекать. Но пока потребителя не ввели в заблуждение относительно его собственных желаний, система будет со­ответствовать этим желаниям. Одна из самых действен­ных и чрезвычайно полезных услуг, которую неокласси­ческая теория оказала планирующей системе, состоит в том, что все находящиеся под ее воздействием сохраняют убеждение, каким бы смутным и неопределенным оно ни было, что вмешательство в частный бизнес излишне и вредно.

Вмешательство правительства рассматривается как недопустимое по тем же самым причинам. Поскольку об­щественность в лице потребителя и так осуществляет надзор за деятельностью фирмы, то ей незачем делать это с помощью правительства. Эта доктрина, въевшаяся всем в кровь и плоть, запрещает правительству вмеши­ваться в управление частной корпорацией. Какие изделия производить и как их производить, кого нанимать, как поощрять служащих и как им платить – это частное дело самой фирмы. Даже тогда, когда решение этих вопросов непосредственно затрагивает интересы общества – как, например, вопрос о безопасности конструкций автомобиля или влияние на окружающую среду тех или иных мою­щих средств, неблагозвучие рекламных радиопередач или проповедь насилия и преступлений, идущая с телеэкрана, или реклама (до недавнего прошлого) курения как якобы полезного для здоровья дела, – даже в этом случае все бремя доказательства ложится на того, кто осуществ­ляет вмешательство. Такое вмешательство никогда, возможно, не будет направлено на конкретное управленче­ское решение, оно всегда должно носить общий характер. И обычно, чтобы положить конец всяческим спорам о воз­можности общественного вмешательства, нужно лишь за­явить, что этот вопрос должно решать правление фирмы.

Нечего говорить и о том, что некомпетентность как таковая не является оправданием вмешательства в дела коммерческой фирмы. Организации, как и люди, могут быть посредственными. И эти посредственные организа­ции всячески стремятся себя увековечить. Умеренно не­вежественный человек будет казаться гением на фоне еще больших невежд. Он будет продвигаться вверх по служеб­ной лестнице и распространит свою посредственность на довольно большую сферу деятельности. Его коллеги будут зачастую приветствовать его успехи, так как в противо­положность человеку способному он будет более терпим к глупости.

Даже при высочайшем уровне развития фирмы, когда отрицательное воздействие рынка полностью исключено, ни один из перечисленных вопросов не может стать объ­ектом вмешательства со стороны общественности.

Накануне второй мировой войны в «Форд мотор компани» в течение ряда лет усердно насаждалась неком­петентность. В результате ее участие в создании бомбар­дировщика «Б-24» было поистине катастрофичным. В Виллоу Ран был построен огромный завод, однако про­изводство крайне необходимого самолета долгое время не могло быть освоено. Совещание представителей фирм, свя­занных с производством военной продукции, проведенное в Вашингтоне, было весьма напряженным. Все были со­гласны, что методы руководства компании «Форд» были никуда не годными. Но и во имя победы в войне нельзя было даже подумать о том, чтобы нарушить принцип не­вмешательства в процесс управления. И ко всеобщему облегчению этот принцип был сохранен. Что касается са­молетов, то они стали выпускаться лишь спустя много месяцев. Можно привести более свежий пример. В по­следнее время было широко распространено мнение, и, ви­димо, далеко не беспочвенное, что правление компании «Локхид» не отвечает необходимым требованиям и что это дорого обходится. Но хотя почти все заказы исходили от правительства и правительство покрывало задолжен­ность фирмы, практически никто не оспаривал прав этой корпорации вести свои дела так, как она сочтет нужным.

Подобным же образом не допускается вмешательство в управленческие решения рабочих, и особенно профсо­юзов. В неоклассической системе фирма добивается такого сочетания труда и капитала, которое сводит к минимуму издержки при любом заданном объеме выпуска и тем са­мым обеспечивает максимальные доходы. Любое вмеша­тельство в решения, которые приводят к такому резуль­тату, увеличит затраты. Если издержки повысятся, то возрастут цены, а потребление, производство и занятость упадут. Следовательно, данное вмешательство в конечном итоге наносит ущерб самим же рабочим. Поэтому обще­принятая экономическая теория и основанные на ней вы­воды гласят, что в интересах самих же рабочих им сле­дует воздерживаться от любого вмешательства в управ­ленческие решения.

Некоторые профсоюзы все же вмешиваются в решения, касающиеся механизации производства и связанного с ней использования рабочей силы. Однако, как правило, это ни у кого не вызывает одобрения. Считается, что управ­ление, которое, как полагают, является технически отста­лым, дискредитирует лишь само себя, однако профсоюз, препятствующий техническому прогрессу, должен быть решительно осужден обществом. Именно потому ведущие профсоюзы, которые соглашаются с любыми нововведения­ми, каково бы ни было влияние последних на занятость, получают высокую оценку с точки зрения удобной соци­альной добродетели. Этого может оказаться достаточным, чтобы, как случилось в недавнем прошлом с Объедине­нием горнорудных рабочих, превратить перворазрядных мошенников в политических деятелей, выступающих от имени рабочих.

Таковы защитные цели техноструктуры и способы их достижения. Однако, какие бы с теоретической точки зре­ния ни существовали различия между защитными и поло­жительными целями, в повседневных решениях они тесно. переплетаются. Перейдем к рассмотрению положительных целей.

О L-BRO Administrator

Администратори сомона.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.