«Расовая неприязнь к креолам и индейцам в период становления независимых государств на территории Латинской Америки и отношение католической церкви к данной проблеме»

 

Нужно отметить, что с уменьшением влияния испанской короны на латиноамериканском континенте расовая неприязнь между людьми различных оттенков кожи не уменьшилась. Креолы, потомки испанцев, уроженцы колоний, часто смешанных кровей, не допускались к высшему колониальному управлению, и это вызывало у них озлобление и неприязнь к Испании и испанским властям. Индейцы находились в подчинении у помещиков и церковников, работали на рудниках, выполняли другие повинности. Формально они считались свободными, в действительности же  полностью зависели от произвола помещика, который бесконтрольно распоряжался не только их землей, но и ими самими. Таково было положение как в светских, так и в церковных поместьях. Вся колониальная экономика основывалась на неограниченной эксплуатации индейского труда, на грабеже и обмане индейского населения. На еще более низкой ступени находились негры-рабы, которых стали ввозить для работы на плантациях в тех особенно районах, где индейское население вымерло или отсутствовало или где по уровню своего развития не было приспособлено к плантационному труди или работе на рудниках. [4]

Латиноамериканское общество напоминало своеобразную сословную пирамиду, основание которой составляли бесправные негры-рабы и столь же бесправные, хотя и считавшиеся вольными людьми, индейцы. Ступенькой выше находились те, в ком была примесь испанской крови – метисы и мулаты, еще выше – белая или почти белая беднота: пастухи, крестьяне, ремесленники; над ними – белые уроженцы колоний – креолы и испанцы – мелкие и крупные торговцы; затем шла креольская аристократия – потомки конкистадоров – «большие какао». Последние верховодили и находились под наблюдением испанских  властей городского самоуправления – кабильдо, занимали командные должности в ополчении – милиции.

Самой закрытой была аристократическая каста мантуанцев. Они причисляли себя к белой расе и с презрением относились к неграм и мулатам. Чтобы стать настоящим мантуанцем, необходимо было не только обладать крупным состоянием, но и доказательством того, что претендент является представителем белой расы без какой-либо примеси индейской или негритянской крови.

В период становления независимости латиноамериканских стран часть священнослужителей была настроена довольно оппозиционно по отношению к испанской монархии. Франсиско де Миранда так высказывался в их адрес: «Было бы ошибкой считать, что любой, кто носит тонзуру или увенчан кафедральной митрой, заядлый фанатик или враг человека. По своему собственному опыту знаю, что некоторых самых культурных и либеральных людей в Южной Америке можно найти в рядах этого сословия». [4]

«Письмо» бывшего иезуита Вискардо – обвинительный акт против испанского господства в колониях. Испанцы занимались грабежом в Индиях, угнетали ее население, в том числе и индейцев. Автор в подтверждение цитирует доминиканца Бартоломе де Лас Касаса, перуанца Гарсиласо де ла Вега, испанского ученого Антонио де Ульоа. Тирания испанцев, их произвол проявились, в частности, в запрете иезуитского ордена, деятельность которого всячески превозносит автор. В конце своего письма Вискардо делает вывод, что у населения колоний нет иного выхода, как восстать, сбросить с себя гнет испанцев и завоевать независимость, как это сделали в свое время Португалия и Нидерланды по отношению к той же Испании и североамериканские колонии по отношению к Англии. [4]

Итак, за независимость высказывался иезуит, священник, представитель католической церкви, этого мощного оплота испанского колониализма. Тем не менее, никаких решительных шагов не предпринималось и расовая неприязнь между людьми сохранялась. Основанием для нее служило экономическая зависимость различных слоев населения от богатой верхушки общества и нежелание оной идти на уступки и неготовность ее к переменам.

Нужно отметить, что в 1815 году на Венском конгрессе папский представитель кардинал Гонзальви решительно отказался осудить работорговлю. Докладывая об это папе римскому, Гонзальви заявлял, что «осудив работорговлю, мы (т.е. католическая церковь) можем оскорбить католические государства, настаивающие на сохранении этого обычая, приносящего большую пользу их денежным интересам».[3]

Только в 1839 году папский престол под давлением мирового общественного мнения был вынужден устами папы Григория XV высказаться против работорговли, но даже тогда он счел возможным утверждать, что рабство не является злом для раба, если он принадлежит «доброму» хозяину, и не служит помехой для достижения рабом «царствия небесного».

Об отношении католической церкви к рабству папа Лев XIII напомнил в 1888 году в своем послании к бразильским епископам, в связи с освобождением рабов в этой стране. Лев XIII заявил, что церковь со времени римской империи увещевала рабов терпеть их долю, что на никогда не одобряла «насильственное освобождение рабов и всегда осуждала их восстания».[3]

Проповедь христианскими церковниками всех направлений в поддержку рабства способствовала укоренению среди белого населения колоний и метрополий расистских предрассудков. Отношение церковников к работорговле и рабству стало меняться только тогда, когда этот институт стал экономически не выгоден интересам молодой буржуазии, которая стала настоятельно требовать его отмены.

И хоть Бенедикт  XV и говорил о любви к ближнему, но “эта  любовь,  разумеется,  не  должна иметь  своим  результатом упразднение классовых различий…  Но все  же эта любовь приведет  к тому,  что те,  кто находится в наилучшем  положении, некоторым  образом снизойдут до стоящих на нижних  ступенях  и   не  только   будут   соблюдать  по  отношению  к   ним справедливость, но и будут  обходиться  с ними с  добротой, приветливостью и терпением;  эта любовь приведет  также и к тому, что и стоящие внизу, в свою очередь,  будут  радоваться  процветанию верхних  и  будут  полагаться на их поддержку,  точно так же, как  младший из  сыновей  в  семье  полагается  на покровительство старшего”.[3]

Литература:

 

  1. В.П. Андронова «Церковь и просвещение в Латинской Америке»
  2. И.Р. Григулевич «”мятежная церковь” в Латинской Америке»
  3. И.Р. Григулевич. «Папство. Век ХХ»
  4. И.Р. Григулевич «Франсиско де Миранда и борьба за независимость Латинской Америки»
  5. И.Р. Григулевич «Христианство и расизм» // «Нет! – расизму». Сборник статей
  6. “Литературная газета”, 2001
  7. Я.В. Минкявикус «Католицизм и нация»
  8. «Социальные проблемы в религиозной жизни запада»

 

О Иля

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.