ОБ ИСЛАМЕ

В одной из первых глав этого труда мы изложили особенности веры, провозглашенной Магометом, настолько подробно, насколько находили это необходимым, чтобы сделать удобопонятным последующий рассказ. Теперь же, повторяя иногда уже известное, мы дадим более полный обзор ее с присоединением некоторых замечаний.

Религия ислама, как мы уже заметили выше, касается двух вопросов: веры и благочестивых дел. Скажем сначала о вере. Вера разделяется на шесть отделов, или пунктов: 1) вера в Бога, 2) в Его ангелов, 3) в Его писание, или Коран, 4) в Его пророков, 5) в воскресение и последний суд, 6) в предопределение. О них мы скажем кратко в том порядке, в каком они здесь перечислены.

Вера в Бога. Магомет проповедовал веру в то, что был, есть и всегда будет только один Бог, Творец всех вещей, единый, неизменяемый, всеведущий, всемогущий, всеблагой и вечный. На единстве Бога он настаивал особенно строго в отличие от веры христиан в Троицу. Это выражалось при исповедании веры поднятием вверх одного только пальца и восклицанием: «Ла иллаха ил Аллах!» (Нет Бога, кроме Бога!); и к этому прибавлялось: «Мухамед резул Аллах!» (Магомет – пророк Божий).

Вера в ангелов. Прекрасное учение об ангелах, или служебных духах, вера в которых является самой древней, самой распространенной на Востоке, проходит через всю систему ислама. Они изображаются существами эфирными, созданными из огня – этого чистейшего элемента, совершенными по форме и блистающими красотой, но лишенными пола; свободные от всех грубых и чувственных страстей, от всех вожделений и немощей слабого человечества, они сохраняют постоянную и неизменную молодость. Они различны по степеням и обязанностям и по отношению Божества к ним. Одни служат у небесного престола; другие неустанно восхваляют Аллаха; третьи служат крылатыми вестниками, исполняющими Его повеления, а четвертые ходатайствуют за сынов человеческих.

Более всех выдаются в этом небесном воинстве четыре архангела: Гавриил – ангел откровений, записывающий судьбы Божии; Михаил – поборник, руководящий битвами за веру, Азраил – ангел смерти и Исрафил, на котором лежит страшная обязанность издавать трубные звуки в день воскресения. Был некогда еще и ангел Азазил, он же Люцифер, один из самых славных в небесной рати; но он возгордился и возмутился. Когда Бог повелел своим ангелам почтить Адама, Азазил отказался, говоря: «Подобает ли мне, созданному из огня, преклоняться перед существом, слепленным из глины?» За такое оскорбление он был проклят и изгнан из рая, а имя его изменено в Иблис, что значит отчаяние. В отместку за свое унижение он творит всякого рода зло сынам человеческим и подстрекает их к непокорству и нечестию.

Среди ангелов низшего порядка есть целый разряд, называемый «Моаккибат»; двое из этих ангелов приставлены следить за каждым смертным, один по правую его руку, а другой – по левую, и замечать все его слова и поступки. Когда кончается день, они отлетают на небо с письменным отчетом, а на следующий день заменяются двумя другими подобными же ангелами. Согласно магометанским преданиям, каждый добрый поступок десять раз заносится в книгу ангелом, стоящим по правую руку человека; когда же смертный совершает грех, тот же доброжелательный ангел говорит ангелу, стоящему слева: «Подожди семь часов записывать его; быть может, он раскается, помолится и получит прощение».

Рядом с ангельскими чинами Магомет внушает еще веру в духовные существа, называемые «джиннами», или гениями, которые хотя и сотворены также из огня, но не избавлены от вожделений и немощей земных сынов и, подобно последним, в конце концов подлежат смерти. Эти существа населяют уединенные места пустынь, и, по словам Магомета, посетили и его после вечерней молитвы в уединенной долине Наклах.

После своего возмущенная и падения ангел Азазил, ставший Сатаною, или Иблисом, все-таки сохранил за собой верховную власть над низшими духами, которых восточные народы разделяли на дивов и пери. Первые жестоки и одарены громадным ростом; вторые – нежные и милые создания, питающиеся одним ароматом. Кажется, все пери были существа женского рода, хотя это и недостаточно выяснено. Предполагают, что от этих воображаемых существ произошли европейские феи.

Кроме этих духов, есть еще и полудухи, носящие название Таквинов, или Судеб; крылатые прекрасные женщины эти изрекают предсказания и охраняют смертных от нападений и козней злых духов.

Смутны и неопределенны все те свойства, которыми одарил Магомет эти полудуховные существа, так как понятие о них он почерпнул из разных источников. Вся его система о посредствующих духах представляет туманную смесь верований и суеверий евреев, магов и язычников, или сабеян.

Третий пункт веры составляет веру в Коран как в книгу Божественного откровения. Согласно мусульманскому учению, на седьмом небе хранится книга, существующая от вечности, в которую вписаны все повеления Бога и все события, прошедшие, настоящие и будущие. Копии с этих скрижалей, на которых были написаны повеления Божии, перенесены были ангелом Гавриилом на самое нижнее небо и им же передавались время от времени по частям Магомету, когда требовалось применить их к какому-нибудь событию или обстоятельству. Как подлинные слова Бога, они передаются всегда в первом лице.

Мы уже не раз упоминали о том, каким образом откровения эти принимались и сохранялись секретарями и учениками пророка, и как они были собраны и приведены в порядок Абу Бакром после смерти Магомета. Эта книга – не что иное, как компиляция, составляющая гражданский и уголовный, а вместе с тем и религиозный мусульманский свод законов, и все правоверные относятся к ней с величайшим благоговением. Иметь копию с Корана, хорошо переплетенную и богато разукрашенную, составляет благочестивую гордость мусульманина. Надпись на переплете запрещает нечистому дотрагиваться до книги, а при чтении считается непочтительным держать ее ниже пояса. Мусульмане клянутся Кораном и гадают по нему, открывая наугад страницу и читая первые появившиеся на глаза строки. Если принять во внимание то, что это – труд одного человека, и притом человека неграмотного, то, несмотря на ошибки и противоречия, Коран остается замечательным памятником законодательства.

Кроме Корана, или писаного закона, есть еще много наставлений и нравоучений, случайно срывавшихся с языка Магомета, которые были собраны после его смерти со слов очевидцев и составили книгу, названную Сунной, или устным законом. Секта, называемая «суннитами», считает эту книгу такой же священной, как и Коран. Другие же магометане, не признающие ее и считающие ее подложной, называются «шиитами». Вражда и взаимные преследования между этими двумя сектами были иногда так же жестоки, как и распри между католиками и протестантами, позорившие христианство. Сунниты отличаются белою чалмой, а шииты – красною; отсюда происходит и название красноголовых, данное последним их противниками.

Замечательно, что об обрезании, которое неизменно применяется у магометан и составляет отличительный обряд их веры, которому должны подчиняться все прозелиты, нигде не упоминается: ни в Коране, ни в Сунне. Повидимому, это был обычай общераспространенный в Аравии и молча заимствованный у евреев; говорят даже, что он господствовал на Востоке до времен Моисея.

Утверждают, что портретная живопись оттого не введена у магометан, что Коран запрещает изображение живых существ. Но то место Корана, в котором видят запрещение, есть, по-видимому, только отголосок второй заповеди – не творить кумиров и изображений для поклонения, – заповеди, которую свято чтут евреи и христиане. На одном из знамен Магомета был изображен черный орел. Наиболее замечательное мусульманское украшение Альгамбры, в Гранаде, есть фонтан, поддерживаемый львами, высеченными из камня, и даже некоторые мусульманские монархи чеканили монеты со своими изображениями.

Другая важная ошибка относительно системы Магомета заключается в общепринятом мнении, что он отрицает в женщинах душу и исключает их из рая. Заблуждение это произошло оттого, что он умалчивает об их наслаждениях в будущей жизни, между тем как о блаженстве своего пола рассказывает с мельчайшими подробностями человека, преданного сластолюбию. О том, что к лику святых причтены добродетельные женщины, есть намеки в 50-й суре Корана и в других местах, хотя вследствие неясности языка поверхностный читатель может предположить, что там говорится о райских гуриях.

Четвертый пункт веры касается веры в пророков. Их насчитывается до двухсот тысяч, но главных только шесть, так как только они приносили на землю новые законы, отменявшие из предыдущих все, что не подходило к возвещаемой им истине или противоречило ей. Эти шесть замечательных пророков суть: Адам, Ной, Авраам, Моисей, Иисус и Магомет.

Пятый пункт веры говорит о воскресении и последнем суде. В решении этого рокового вопроса Магомет смешивает христианские верования с понятиями, распространенными среди арабских евреев. Последние признавали Страшный суд над умершими. Когда обязанность Азраила, ангела смерти, уже исполнена и тело опущено в могилу, являются в качестве инквизиторов два черных ангела, Мункар и Накир, с мрачным, ужасным видом; во время допроса душа снова соединяется стелом. Покойнику приказываютвстать, и его спрашивают по двум важным пунктам веры: о том, признал ли он единого Бога и божественное посланничество Магомета, равно как вопрошают его и о делах, совершённых им при жизни; ответы его вносятся в книгу до дня Страшного суда. Если ответы удовлетворительны, то душа тихо вылетает из уст, а тело наслаждается покоем; в противном же случае умершего бьют железными палками, а душу вытаскивают со страшными мучениями. Чтоб покойнику удобнее было при этом страшном допросе, мусульмане вообще ставят своих покойников в пещерах или могилах со сводами, завертывают только в один покров и не кладут в гроб.

Промежуток времени между смертью и воскресением называется «берзак», то есть промежуток. Во время этого периода тело остается в могиле, а душа предвкушает в грезах и видениях свою будущую участь.

Души пророков тотчас же вступают в полное наслаждение раем. Души мучеников, включая сюда и убитых на войне, вселяются в тела или зобы зеленых птиц, которые питаются райскими плодами и утоляют жажду из райских источников. Относительно душ простых смертных из числа правоверных существуют различные предположения, но по наиболее распространенному мнению, они витают близ могил в состоянии ангельской безмятежности. Отсюда мусульманский обычай навещать могилы усопших родственников в том предположении, что души их с благодарностью взирают на это выражение любви.

Многие мусульмане веруют, что души правоверных принимают формы белоснежных птиц и ютятся под престолом Аллаха. Вера эта соответствует древнему еврейскому суеверию, по которому души праведников помещаются на небесах под престолом славы.

Относительно душ неверных правоверные думают, что ангелы отталкивают их от неба и от земли, так что они погружаются в подземные пещеры и с трепетом ожидают там судного дня.

Дню воскресения будут предшествовать чудесные предзнаменования на небе и на земле: полное затмение луны; перемена в солнечном движении – восход его на западе, а не на востоке; войны и смуты; всеобщий упадок веры; пришествие Антихриста; появление Гога и Магога для опустошения мира; густой дым, покрывающий всю землю. Эти и многие другие чудеса и предзнаменования ужаснут и истерзают души людей, вызовут отчаяние и отвращение к жизни, так что человек, проходя мимо могилы, будет завидовать покою мертвых и говорить: «О Боже, дай мне быть на его месте!»

Последним грозным сигналом страшного дня будет трубный звук архангела Исрафила. При этом звуке произойдет землетрясение; замки и города разрушатся; горы сравняются с равнинами; небо померкнет, свод небесный исчезнет; солнце, луна и звезды падут в море. Часть океана пересохнет, а часть закипит и польется огненной волной.

При звуке грозной трубы страх овладеет человечеством; люди убегут от своих братьев, родителей и жен, а матери в невыразимом ужасе покинут своих грудных младенцев. Дикие и домашние животные забудут свою хищность и взаимную вражду и из лесов и пастбищ в страхе соберутся в одно место. Второй звук трубы будет призывом к исчезновению. При этом звуке все твари небесные и земные, водяные и подземные, ангелы и джинны, люди и животные – все умрут, исключая немногих избранных, особенно дорогих Аллаху. Последним умрет Азраил, ангел смерти.

После этого истребления сорок дней, а согласно толкователям, сорок лет будет идти непрерывный дождь, пока не раздастся, наконец, третий трубный звук архангела Исрафила, призывающий на суд. После этого все пространство между небом и землей наполнится душами умерших, летающими в поисках своих тел. Тогда земля разверзнется, загремят высохшие кости, и разрозненные члены станут собираться вместе; даже волосы соединятся, и таким образом образуется тело. Тогда душа войдет в него, и безобразный труп, вполне совершенный и нагой, как при рождении, восстанет к жизни. Неверные будут ползать по земле; правоверные же будут ходить прямо, а истинно набожные – летать на белоснежных легкокрылых верблюдах, украшенных золотыми седлами.

Каждый человек тогда должен будет отдать отчет перед судом в том, как он употребил свои дарования, равно как и в своих хороших и дурных поступках. Архангел Гавриил установит громадные весы, на одну чашку которых, называемую «светом», помещены будут добрые дела, а на другую, называемую «тьмою», – дурные поступки. Одного атома или зерна гopчичного будет достаточно, чтобы дать перевес одной чашке над другой, и приговор будет зависеть от этого перевеса. Тогда же будет воздаваться возмездие за каждую ложь и каждую несправедливость. Кто сделал зло своему ближнему, обязан будет вознаградить его частью своих собственных добрых дел, или, если у него их нет, то обязан будет принять на себя соответствующую тяжесть грехов обиженного.

За судом при посредстве весов последует испытание перехода через мост. Вся собравшаяся толпа последует за Магометом по мосту Сират, перекинутому через пучину ада и узкому, как острие палаша. Неверные и греховные мусульмане будут переходить его ощупью, во тьме и свалятся в пропасть, между тем как правоверные при лучезарном свете перейдут его с быстротою птиц и войдут в райское царство. Предполагают, что идея о мосте и о страшном царстве геенны заимствована частью у евреев, но главным образом у магов. Геенна представляет из себя место, полное всевозможных ужасов, где даже на деревьях вместо ветвей висят змеи, а вместо плодов растут головы дьяволов. Мы не будем много распространяться об этой страшной обители, изображаемой с тяжелыми и часто омерзительными подробностями. По описанию, она состоит из семи этажей, расположенных один над другим и различающихся по свойству и силе мук. Первый этаж предназначен для атеистов, отрицающих Творца и творение и верящих, что мир вечен; второй – для манихеев и других еретиков, признающих два божественных начала, и для арабов-идолопоклонников во время Магомета. Третий – для индийских браминов; четвертый – для евреев; пятый – для христиан; шестой – для магов или персидских гебров; седьмой – для «лицемеров», исповедующих религию Магомета, не веруя в нее. Эта страна ужаса находится под ведением грозного ангела Табека, то есть палача.

Надо заметить, что общие свойства геенны и распределение наказаний вызвали различные комментарии и толкования со стороны мусульманских ученых. Некоторые утверждают, и мнение это наиболее распространено, что ни один из верующих в Аллаха и его пророков не будет осужден на вечные муки. Грехи их будут искуплены соответствующей продолжительностью страданий от девяти сот до девяти тысяч лет.

Некоторые из наиболее гуманных ученых не допускают вечности мучений для какого бы то ни было разряда грешников, приводя в доказательство милосердие Бога, который может простить даже и неверных. Имеющие заступника, как христиане, например, в лице Христа, будут помилованы. Но великодушие этих почтенных комментаторов не доходит, однако, до того, чтобы допустить неверных в рай – среду правоверных: они утверждают, что после продолжительных мучений и наказания они будут избавлены от них тем, что исчезнут совсем.

Между геенной и раем находится ал-Араф, или промежуток, место, лишенное мира и наслаждения и предназначенное для детей, лунатиков, идиотов, людей, не сделавших ни добра, ни зла, равно как и для тех, чьи добрые дела не перевешиваются злыми, и наоборот; люди эти, правда, могут быть приняты и в рай по ходатайству Магомета после его молитвы о том, чтобы чашка весов опустилась в их пользу. Говорят, что обитатели ал-Арафа могут разговаривать со своими соседями по обе стороны, с блаженствующими и с осужденными, и что их обитель покажется раем длянаходящихсяв аду и адом для жителей рая.

Ал-Джанат, или Сад. Когда правоверный пройдет через все испытания и искупит все свои грехи, для него наступает время отдохновения у Пруда Пророка. Это благоухающее озеро, обойти которое можно в месяц, берет свое начало из реки ал-Каутер, вытекающей из рая. Вода этого озера сладка как мед, холодна как лед и прозрачна как хрусталь; тот, кто однажды вкусит ее, никогда уже не будет томиться жаждой, – блаженство, особенно пленительное в глазах арабских писателей, привыкших к мучительной жажде в пустыни.

После того как правоверный напьется этой живой воды, ангел Рушван откроет перед ним двери рая. Тем же многословием, теми же мельчайшими подробностями, которые встречаются в описании геенны, изобилует и рассказ о райском блаженстве, так что они поражают воображение и смущают своими мелочами. Почва там из наилучшей пшеничной муки, насыщена благовониями и усеяна жемчугом и гиацинтами, заменяющими песок и булыжник.

Некоторые из источников чисты как хрусталь и текут среди зеленых берегов, испещренных цветами; есть там и ручьи из молока, вина и меда, текущие по мускусным руслам в камфарных берегах, покрытых мхом и шафраном. Воздух там нежнее благоуханного эефира Сабеи и освежается искрометными фонтанами. Там же растет и тоба, чудное дерево жизни, таких громадных размеров, что самой быстрой лошади потребовалось бы сто лет, чтобы пересечь тень, падающую от него. На ветвях этого дерева растут в изобилии самые разнообразные чудесные плоды, и ветви его сами склоняются к руке того, кто желает сорвать с них плод.

Обитатели этого чудного сада носят одежды, сверкающие драгоценными камнями, ходят в золотых венцах, украшенных жемчугом и бриллиантами, и спят на изысканных постелях. Здесь в распоряжении каждого правоверного имеются сотни слуг, которые приносят по его требованию самые разнообразные и изысканные кушанья и напитки на золотых блюдах и в золотых бокалах. Он ест, не наедаясь, и пьет, не чувствуя опьянения. Последний кусок и последняя капля для него так же вкусны, как и первые; он не чувствует насыщения и потребности в извержениях.

В воздухе носятся звуки чудного голоса Исрафила и песни дщерей рая. Даже в шуме деревьев слышатся чудные мелодии, когда мириады колокольчиков, висящих на их ветвях, приведены в движение дуновением, исходящим от престола Аллаха. Но кроме всего вышесказанного, правоверный будет наслаждаться женским обществом в такой мере, какую может только представить себе восточное воображение. Помимо жен, бывших у него на земле, которые соединятся с ним, сохранив всю свою бывшую прелесть, его ожидают также Гур-ал-Обны, или гурии, названные так за свои большие черные глаза, – лучезарные существа, не имеющие человеческих недостатков и слабостей, навсегда сохраняющие свою молодость и красоту и восстановляющие свое девство. На долю каждого правоверного полагается по семьдесят две гурии. Результатом сношений с ними может быть рождение детей, но, смотря по желанию, может и не быть, причем родившийся ребенок в один час дорастает до своих родителей.

Чтобы правоверный был вполне способен наслаждаться в этой блаженной стране, он восстанет из гроба в полной силе мужества, лет тридцати, ростом с Адама, который был вышиной в тридцать локтей; способности его будут развиты до сверхъестественного совершенства, превышая в сто раз способности человеческие, а желания и потребности будут скорее возгораться от удовольствий, чем удовлетворяться ими.

Эти и подобные прелести обещаются обыкновенно правоверным, но есть еще и другие степени наслаждения, даруемые по заслугам; описание же тех благ, которые приготовлены для достойнейших, по словам Магомета, превышает силы воображения, и он рад, что имеет возможности в подтверждение обратиться к Священному Писанию, в котором сказано, что там будет то, «чего глаза не видели, уши не слыхали и сердце человеческое никогда не постигало».

Толкователи магометанского закона расходятся во мнениях относительно смысла системы наград и наказаний.

Одни понимают ее в переносном, другие – в буквальном значении. Первые утверждают, что пророк говорил притчами, применяясь к неразвитым понятиям и чувственной натуре своих слушателей, и поддерживают мнение, что небесные наслаждения будут и духовные и телесные, так как воскреснут и душа и тело. Душа будет упиваться сверхъестественным развитием всех своих способностей и пользованием ими. Ее пониманию будут доступны все тайны природы, все прошедшее, настоящее и будущее. Телесные наслаждения будут соответствовать различным чувствам и усовершенствуются до высшей степени сверхъестественности.

Tе же толкователи считают и описание геенны иносказательным; душевные страдания заключаются в постоянном угрызении совести за прошлые преступления и в глубокой, все увеличивающейся тоске об утрате неба; телесные же муки составляют страшные, никогда не утихающие боли.

Ученые, понимающие все в буквальном смысле, считаются наиболее правоверными, и вероучение их крайне распространено. Многие подробности системы наград и наказаний имеют, как было уже замечено, много общего с суевериями магов и еврейских раввинов. Говорят, что гурии, или черноокие нимфы, играющие такую выдающуюся роль в мусульманском раю, – не что иное, как ГурамБегесты персидских магов; кроме того, христианские исследователи упрекают Магомета в том, что он в своем описании неба многое заимствовал из повествования Апокалипсиса о Новом Иepycaлиме, изменив его лишь настолько, насколько обманщики-ювелиры изменяют вид краденых драгоценностей, желая воспользоваться ими.

Шестой и последний пункт веры рассматривает учение о предопределении, больше всего повлиявший на успех военных предприятий Магомета, на что он, очевидно, и рассчитывал. Он проповедовал, что каждое событие предопределено Богом и вписано в книгу вечности до сотворения мира и что судьба каждого человека и час его смерти неизменно определены заранее, так что никакие усилия человеческого ума и никакая предусмотрительность не могут ничего изменить или предотвратить. В силу такой уверенности мусульмане шли на войну, ничем не жертвуя, а так как смерть в битве была равносильна мученичеству и вела их немедленно в рай, то они и в случае смерти, как и при победе, ничего не теряли, а только выигрывали. Это учение, согласно которому человек по личной свободной воле не может избежать ни греха, ни наказания, считается некоторыми мусульманами оскорблением Божественной справедливости и милосердия; так что возникло несколько сект, старавшихся смягчить и разъяснить запутанность этого догмата; но число таких отрицателей предопределения очень незначительно, и их не признают за правоверных.

Учение о предопределении было одним из тех удачно полученных Магометом откровений, которые своим своевременным появлением представляют почти чудо. Оно явилось тотчас же после несчастной битвы при Ухуде, когда погибло так много его последователей, и в том числе дядя его Гамза. В такой тяжелый момент всеобщего упадка духа, когда окружавшие его последователи дошли до отчаяния, он и возвестил этот закон, гласящий, что каждому суждено умереть в назначенный ему час, где бы он ни находился: в постели или на поле битвы. Кроме того, он объявил, что архангел Гавриил сказал ему, что Гамза принят на седьмое небо и получил титул «Льва Бога и пророка». Взглянув затем на мертвые тела, он прибавил: «Я свидетельствую, что эти павшие воины и все убитые за дело Божие явятся во славе при всеобщем воскресении; и раны их будут блестеть, как киноварь, и благоухать, как мускус».

Что можно придумать целесообразнее этого учения, чтоб двинуть на яростное поприще завоевания толпу невежественных и кровожадных воинов, проникнутых уверенностью получить добычу, если они останутся живы, и войти в рай, если будут убиты?* Мусульманское оружие

*

Пусть читатель припомнит, что вepa в предопределение, или судьбу, поддерживалась Наполеоном и имела огромное влияние на его солдат.

благодаря ему приобрело почти непреодолимую силу, но учение это заключало в себе и тот яд, который погубил его владычество. С того момента как преемники пророка перестали быть хищниками и завоевателями и окончательно вложили меч в ножны, учение о предопределении начало свое пагубное воздействие. Расслабленные миром и чувственностью, дозволенной Кораном, так резко отделяющей это учение от чистой религии самоотвержения, данной Христом, – мусульмане считают, что всякое несчастье предопределено Аллахом и неизбежно, а потому им и остается только терпеливо переносить его и признавать, что тщетны все человеческие усилия и всякая предусмотрительность. «Помогай себе, и Бог тебе поможет» – это правило никогда не имело значения у последователей Магомета, и только противоположное ему было их судьбою. Полумесяц померк перед крестом и сохраняется в Европе, где некогда был такою страшною силой только благодаря терпимости, или, вернее, в силу соперничества великих христианских держав, и скоро, вероятно, представит новое наглядное доказательство того, что «всякий, взявшийся за меч, от меча и погибнет».

add

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.