Главная / Лекции и рефераты по Културологии / Современная культура: пути и возможности развития

Современная культура: пути и возможности развития

Возникновение пессимистических моделей глобальных процессов развития человека и планетарной культуры привели к тому, что в 60—70-е гг. появилось множество центров, объединивших ученых, работающих в этой области. Стала распространяться футурология. В самом широком смысле — это совокупность человеческих знаний, представлений о будущем человеческого рода. Наибольшую известность в футурологических исследованиях получил Римский клуб, основанный в 1968 г. и объединивший ученых 30 стран мира. Основная проблематика исследований Римского клуба как наиболее авторитетного международного органа, изучающего будущее, — это глобальное моделирование. Причем последнее учитывает взаимосвязи различных аспектов человеческой жизни: социальный, политический, нравственный, культурный, экономический. Исследования Римского клуба велись в двух направлениях. Это и изучение пределов и направленности экономического роста, и исследования в области человеческих отношений и взаимодействий. В 1972 г. был составлен известный доклад Дж. Форрестера и Д. Мэдоуза под названием «Пределы роста», авторы которого поставили цель принять немедленные меры по экономической и экологической стабилизации и достичь «глобального равновесия».

В этом докладе предлагается в связи с природными ограничениями роста человеческой цивилизации пересмотреть структуру потребностей самого человека. В 1974 г. в рамках Римского клуба М. Месарович и Э. Пестель разработали доклад «Человечество у поворотного пункта». Если в предыдущих работах была показана иллюзорность достигнутого уровня материального благополучия в наиболее развитых странах, то в этом сообщении . указывалось на необходимость качественного роста в развитии человеческой цивилизации. Мир — не просто взаимообусловливаемое целое, но целое, дифференцированное на части, на отдельные регионы, имеющие свои специфические черты развития. Человечество и его культура есть единый организм, все элементы которого обладают особой качественной спецификой. Отсюда возникает и идея переноса акцента деятельности человека с количественных параметров на качественные. Если социально-экономические отношения индустриального общества являются не просто определяющими, но и подавляющими факторами исторического движения, то в современной цивилизации и культуре ситуация меняется.

Суть новой культуры вырастает из разрушения характерных для классического индустриального общества систем, внешне детерминирующих жизнь личности. Человек перестает быть элементом технологической, экономической или политической систем, где его деятельность жестко определяется внешними по отношению к его личностной культуре качествами. Эта жесткая детерминированная схема не просто ослабевает, возникает принципиально новая ситуация, означающая, что социально-экономическое развитие зависит уже от состояния духовного мира личности, от ее развития и социокультурной устремленности.

Подобная ситуация связана не только с глобальными угрозами существованию человечества, но и с коренным поворотом в системе отношений «человек — производство». Современная экономика носит инновационный характер. Это означает, что материальные и вещественные факторы производства перестают быть основным носителем ценностей, так как устаревают каждые 3—4 года. Орудия труда, машины, станки, производственные линии, различного рода техника меняются буквально на глазах. Главным фактором обновления производства и получения прибыли является человек, его интеллектуальные и творческие возможности. Развитие личностных качеств, творческих способностей и возможностей, воспитание высококвалифицированной рабочей силы становится наиболее выгодным вложением капитала. В результате общественный субъект приобретает все большую независимость от базиса, его свобода нарастает. Как показал Д. Белл, в современном информационном обществе человеческий выбор оказывается решающей причиной социально-исторического развития.

Классик современной западной футурологии Элвин Тоффлер, обобщая развитие человеческого общества в XX в. и пытаясь осознать те потрясающие перемены, которые вводят нас в XXI в., показал, что знание в современном обществе превращается в настоящее богатство и в ту взрывную силу, которая произведет сдвиг власти. Весь общественный организм подвергается резким трансформациям, уходит в небытие деление мира на социалистический и капиталистический, на Север и Юг. На смену этому приходят системы быстрых и медленных экономик. Если первые основаны на инновации и обновлении, на идее неповторимости, то вторые традиционно устойчивы и инерционны в своем существовании. Новый экономический мир основывается на знаниях и способностях человека, на мироощущении свободы и идее творческого саморазвития.

Одним из методологических подходов, концептуально осмысливающим происходящие изменения, оказалась идея японского социолога Е. Масуды. В 1945 г. он предложил теорию, многим казавшуюся фантастической, — теорию информационного общества. Это общество, объединенное единой информационной сетью, благодаря которой появится возможность для человечества вырабатывать единые цели, а для человека — проявить свои творческие возможности. Внедрение новых информационных технологий, и прежде всего компьютерной техники и систем телекоммуникационных связей, показало, что концепция информационного общества отнюдь не является утопичной.

Возникает новая информационная культура, новые способы получения информации, производственной и научной деятельности. Доступ к информационным сетям, знанию оказывается определяющей основой для стратификации, разделения общества. На основе автоматизированного доступа к системам связи индивид или группа лиц могут получить информацию, необходимую для решения профессиональных или личных задач. Происходит процесс автоматизации и роботизации производства и управления. В сфере информационной деятельности работает более 50% трудоспособного населения. Концепция информационного общества определила пути формирования «материального тела» культуры конца XX в. Разрешит ли новая информационная культура проблемы, связанные с современным социокультурным кризисом, — однозначного ответа на этот вопрос нет.

Современный цивилизационный сдвиг, ведущий к резкому изменению роли культуры в жизни социума, фиксируется многими специалистами-гуманитариями. Безусловно доминирующие прежде «жесткие» крупномасштабные социально-экономические структуры «размываются», уменьшается их значимость. Социальные изменения в трансформационный период общественного развития приобретают прежде всего культурную мотивацию, легитимизация новых социальных институтов осуществляется прежде всего через представленность в культуре. Общество, заведенное в тупик в результате развития техногенной цивилизации, судорожно ищет выхода во внетехнической, внеэкономической сфере. Культура, оказывается, обладает удивительным свойством, при помощи которого можно вырваться из.тисков современного кризиса. Человечество не первый раз посещают апокалиптические настроения, при этом именно культурная составляющая становилась силой, придававшей ускорение обществу на пути выхода из кризиса.

В отличие от традиционного общества, где выход из кризисной ситуации виделся в возрождении классических культурных образцов и совершенных социальных форм в их первозданной чистоте, в XX в. ренессанс связывается с «обращением в другую сторону». Новое время, по мнению Й. Хейзинги, вот уже три столетия отказывается от усвоения старой мудрости, старой добродетели и старой красоты. Благородные умы эпохи средневековья относились к культуре как к путеводной нити и дорожному посоху, который следует передать потомкам с тем, чтобы они не сбились с пути. Культура — это прежде всего хранилище мудрости, освященной веками. Однако начиная уже с XV—XVI вв. идея возврата к старым античным идеалам трансформировалась в нечто новое и неожиданное, в создание новой социокультурной реальности. Преодоление кризисных явлений в культуре с точки зрения человека Нового времени есть прежде всего процесс ее созидания и обновления. Но этого стремления, по Хейзинге, мало — необходимо прежде всего обновление духа.

По мнению великого гуманиста XX в., Альберта Швейцера, гибель современной культуры происходит потому, что дело этического обновления поручено государству, в то время как этика в качестве сердцевины культуры есть дело прежде всего индивида. Утверждая себя в качестве нравственных личностей, люди тем самым способствуют превращению социума из «естественного образования» в этическое. По его мнению, «страшная ошибка» предыдущих поколений заключалась в склонности идеализировать и преувеличивать духовное могущество социальных структур, государства. В данной сфере могут возникнуть лишь приземленная этика целесообразности и вульгарная мораль благоприятных обстоятельств. Идеалы целостности — власти, политических пристрастий и т. д. — лишь искажают и усугубляют кризис социума и культуры. А. Швейцер выдвигает против этой «иллюзорной этики» абсолютную этику «благоговения перед жизнью». Это этика личной ответственности, высокого самосознания, совершенствования культурных идеалов, предполагающая совершенствование человека как единственную и главную цель развития культуры — прежде всего через процесс «внутреннего совершенствования человека как достижения духовности». А. Швейцер в опоре на внутренние духовные силы и возможности индивида видит тот «архимедов рычаг», при помощи которого можно возродить культуру.

Эта же проблема осознается в XX в. не только философами-гуманистами, но и людьми сугубо практическими. Один из наиболее показательных примеров — известный итальянский промышленник Аурелио Печчеи, один из основателей Римского клуба, объединившего в своих глобальных изысканиях мировую элиту науки, бизнеса, культуры. А. Печчеи, исходя из собственного опыта работы в экономической сфере, пришел к выводу, что триумфальное развитие техногенной цивилизации в действительности представляет собой миф, за которым кроется страшная опасность, подстерегающая человечество, — глобальные проблемы различного вида. Выход же из социокультурного кризиса, приобретающего глобальное измерение, видится не только в усовершенствовании юридической базы, развитии экологического образования и воспитания, в ужесточении законодательств за экологические преступления, в создании экологосообразных производств и использовании альтернативных источников энергии и сырья, но прежде всего в самом человеке. Проблема именно в нем, а не вне его. И возможное решение связано с трансформацией индивидуальной культуры, обретающей свои силы «в новом гуманизме», который позволяет воссоздать гармонию человека и непрерывно изменяющегося мира. Ключ к спасению заложен в самом человеке, его собственной «внутренней трансформации». Культурные изменения, связанные с зарождением новых, соответствующих духу XX в. ценностей и мотиваций — социального, этического, эстетического, духовного и других видов — должны охватить, по мнению А. Печчеи, не отдельные элитные группы и слои общества, а стать неотъемлемой органической основой мировоззрения самых широких масс населения. Глубокая культурная эволюция означает совершенствование качеств и способностей всего человеческого рода. Три аспекта характеризуют новый гуманизм, с которым, как с культурным абсолютом, пытается воссоединиться «обновленный человек»: чувство глобальности, любовь к справедливости и нетерпимость к насилию. В центре же стоит целостная человеческая личность и ее возможности, и другого подхода, несмотря на то, что это кажется простой банальностью, просто-напросто нет. Речь здесь идет прежде всего о «беспрецедентной культурной перестройке» миллиардов населения земного шара — всех без исключения, независимо от уровня их положения в социальной иерархии. Трансформация личности есть, как отметил А. Печчеи, «человеческая революция», единственная на данный момент реальная возможность выхода из современного глобального социокультурного кризиса.

Литература

  1. Бердяев Н. А. Смысл истории. М.; Л., 1990.
  2. Вебер А. Кризис европейской культуры. С-Пб., 1999.
  3. Печчеи А. Человеческие качества. М., 1980.
  4. Сноу Ч. П. Две культуры. М., 1973.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *