Заключение: основания российского когнитивного проекта

Четвертым глобальным проектом, оказывающим влияние на распределение геопланетарных потоков в Ойкумене, является российский (см. карту 12.5). На Западе это обстоятельство учитывается только очень опытными и очень пристрастными геополитиками, такими как 3. Бжезинский или С. Хантингтон. Для остальных Россия — это недавно потерпевшая тяжелое военно-политическое поражение страна, окруженная базами вероятного противника, внутренне разобщенная, практически лишившаяся индустрии (менее 0,9% мирового производства), слабо участвующая в мировой торговле (около 1% мирового оборота). Существует, однако, ряд обстоятельств, заставляющих всерьез рассматривать версию наличия у России глобального когнитивного проекта.

Во-первых, экономическая слабость страны отнюдь не является противопоказанием к проектной деятельности. Россия уже прошла через тот коллапс индустриальных отраслей экономики, который странам Запада еще только предстоит испытать в связи с приближением к постиндустриальному барьеру.

Во-вторых, Россия чрезвычайно удачно расположена географически: она не только контактирует с тремя мировыми цивилизациями, но и взаимодействует с глобальным проектным пространством. В таких условиях в России высока вероятность инсталляции когнитивной по своему содержанию тензорной идентичности. Будучи страной-посредником цивилизаций и проектов, Россия имеет не только возможность, но и необходимость оперировать с чужими смыслами и чужими трансценденциями. Наконец, при высоком уровне информационного взаимодействия с Западом, Японией, США возможно сугубо индуктивное постиндустриальное проектирование.

Карта 12.5. Русская версия

Во-вторых, Россия получила в наследство от СССР грамотное население, ориентированное на приобретение высшего образования. Скорость деградации образования в РФ ниже, чем на Западе, что может быть использовано в различных геополитических играх.

В-третьих, Россия — одна из немногих стран, сохранивших в современном мире полную культурную самостоятельность: собственные книги (включая научную литературу и фантастику), театр, кинематограф.

В-четвертых, в России сложилась та гедонистическая элита, которая, согласно Т. Лири и Р. Уилсону [Уилсон, 1998], способна к инсталляции высших контуров психики.

В-пятых, население страны не удовлетворено своим положением и перспективами, что может быть использовано в качестве энергетического ресурса когнитивного перехода[344]. Дополнительным ресурсом является сравнительно высокое качество современного российского управленческого аппарата, как на государственном, так и на региональном уровне.

В-шестых, в СССР/России на базе диалектического и исторического материализма были созданы такие сильные и действенные инструменты гуманитарного познания, как ТРИЗ и РТВ Г. Альтшуллера [Альтшуллер, 1986], мыследеятельностная методология Г. Щедровицкого, модель информационного метаболизма А. Аугустиневичуте.

Вызов со стороны Реального Будущего был практически одновременно воспринят экспертными элитами ведущих мировых культур. Осознание проблемы привело в Японии к конструированию концепции «Конца истории», а в США — к логике «Войны цивилизаций». Россия отрефлектировала вызов созданием социомеханики и теории когнитивной фазы развития.

Необходимо, однако, иметь в виду, что в отличие от Японии Россия не оформила свою когнитивную проектную деятельность в виде обязывающего официального документа, в отличие от США — не создала в стране сферу бесспорного и беспрецедентного процветания, в отличие от Германии — не сумела эффективно реорганизовать окружающее геополитическое пространство.

Проектируемая сейчас транспортная система России — лучшая в мире, но пока она существует только на бумаге. Российский инновационный проект носит все черты когнитивного, но сейчас он лишь очень осторожно обсуждается на уровне экспертных сообществ. Потребуется время — и огромное везение — чтобы продвинуть эти и подобные им проекты на уровень властных структур. И понадобятся усилия всей страны, чтобы реализовать когнитивные проекты «в правовых нормах», «в земле», «в камне и металле».

Впрочем, с точки зрения классической стратегии задача, для решения которой нужны лишь время, силы и везение, не представляет серьезных трудностей.

test

Добавить комментарий