Глобализация как она есть

Глобальные связи

Главная мировая доминанта – глобализация, способствуя кооперационному хозяйственному развитию мира в целом, не препятствует политической фрагментации человечества. Но эффективный рынок – в том числе и в обще-планетарном масштабе – требует эффективного государства. Хотя глобализация размывает национальный суверенитет, усложняя его задачи, ограничивает ресурсы и роль национальной государственной корпорации, а иные субъекты политического процесса (ТНК, НПО, сетевые структуры) присваивают себе полномочия государства, последнее все же остается центральным актором как на национальном, так и на международном поле.

Фактором глобального, планетарного значения, является, безусловно, миграция. Численность населения к 2030 г. может достигнуть 8.2 млрд. человек против 6.1 млрд. в 2000 г. Развитие глобализационных тенденций в различных областях жизнедеятельности общества на рубеже тысячелетий сказалось на международной миграции населения, которая стала глобальной, затронув практически все регионы и страны. Их эффект на перемещения населения особенно заметен в сферах рынка труда, бизнеса, образования, науки, информации и коммуникаций, а также социальных связей. Таким образом, глобализационные процессы становятся новым и весьма существенным фактором современной миграции населения, выполняющим по большому счету функции ее акселератора. При этом и сама миграция все больше играет роль средства, содействующего глобализации развития стран и регионов.

Глобализационные процессы, достигнувшие пика на рубеже двух тысячелетий, охватывают все сферы жизни общества, включая мировое хозяйство в целом, экономику мега-регионов, отдельных государств и их интеграционных объединений. Наиболее сложно они протекают на огромном евразийском континенте.

Мировое управление во многом определяется таким понятием как «крупные державы». Речь идет о небольшой группе государств, численность населения и потенциал ресурсов которых позволяют им оказывать влияние на глобальном уровне, а также о тех странах, которые достаточно уверенно приближаются к статусу мировых держав. Сюда относятся постоянные члены Совета Безопасности ООН (Великобритания, Китай, Россия, США, Франция), а также возможные кандидаты на членство в случае его расширения (Бразилия, Германия, Индия, ЮАР, Япония). Некоторые из указанных государств связаны союзническими обязательствами или даже (как в случае с ЕС) объединены в конфедерацию, что не может не влиять на их позицию и действия на мировой арене.

После окончания холодной войны США остались единственной сверхдержавой. Этот факт в Вашингтоне многие расценили как шанс, чтобы перекроить мир по своим меркам, не считаясь с международными обязательствами и мнением других государств. В 2003-м многополярный мир возродился усилиями президентов В.Путина и Ж.Ширака, и сегодня большинство крупных держав представляют собой своеобразные геополитические полюсы.

Благодаря энергетическим ресурсам в клуб великих держав вернулась Россия. Китай уже сейчас представляет собой крупную торговую страну и обладает рекордными золотовалютными запасами, а примерно через два десятилетия выйдет на второе после Соединенных Штатов место в мире по объему ВВП. Великобритания и Франция, подобно КНР и России, входят в число постоянных членов Совета Безопасности ООН. Германия вновь обрела статус крупнейшей европейской экономики и стала первостепенным мировым экспортером.

В многополярном мире Соединенные Штаты остаются самой могущественной державой: американские расходы на оборону примерно равны оборонному бюджету всех остальных стран, вместе взятых. Колоссальное влияние Америки бесспорно, но она больше не может навязывать свою волю. Защищая свои интересы в ряде регионов, некоторые державы проводят так называемую «мягкую балансировку», направленную против господства США.[1]

Глобализация как она есть

Настоящий период в развитии международных отношений характеризуется несомненным влиянием глобализации, которая проникает буквально во все сферы жизни. Влияние глобализации проявляется наиболее заметно в сфере коммуникаций и средств массовой информации. Это выражается в том, что мир стал «меньше и теснее», т.е. влияние удаленных на тысячи километров событий ощущается непосредственно. При этом происходит повсеместное вторжение в жизнь новых слов, понятий и терминов; чужие культуры становятся ближе.

На политическом и экономическом уровне влияние глобализации скрыто за фундаментальными и стремительными сдвигами в геополитике, международной экономике и мировом разделении труда, глобальной транспортной системе, движении торговых и финансовых потоков.

В конце XX и – особенно в начале XXI века основным содержанием глобализации стала ломка старой системы международных отношений, которая в результате пришла в разбалансированное состояние. Основным содержанием современных международных отношений является разрушение прежней системы, которую принято называть Вестфальской (система уважающих суверенитет друг друга и в принципе равных между собой субъектов международного права, которые самостоятельно определяют свою внутреннюю политику и свободны в своих внешних действиях). Эта система подрывается транснациональной взаимозависимостью и новым пониманием прав человека (т.н. концепция гуманитарной интервенции).

Одной из характерных черт глобализации является тот факт, что внешняя торговля растет быстрее, чем мировое производство. В глобализированном мире сосуществуют взаимозависимость и доминирование. Возникает парадокс: на экономическом уровне мир многополярен (США, ЕС, АТР), в то время как на военном – однополярен (уровень военного потенциала и расходов на оборону в США, если не считать остаточной ядерной мощи России).

Одним из наиболее негативных последствий этого процесса в глобальном масштабе стало обострение сложнейших проблем современности, затрагивающих жизненные интересы отдельных государств и всего мирового сообщества. Эта система глобальных проблем включает в себя такие вопросы, как сохранение мира, укрепление всеобъемлющей безопасности, ограничение вооружений и разоружение, охрана окружающей среды, разработка и реализация рациональной демографической политики, рациональное использование минерально-сырьевых ресурсов, создание сбалансированной инфраструктуры энергетики, исследование и использование Мирового океана и космического пространства в интересах мирового сообщества, борьба с бедностью и болезнями, предотвращение распространения наркотиков, преодоление отсталости, борьба с международным терроризмом.

Все эти проблемы являются транснациональными, т.е. выходят далеко за пределы территории отдельных государств. Все они обладают громадным негативным потенциалом. Все они комплексны, между ними существует сложная внутренняя взаимосвязь. Кроме того, глобальным проблемам присущ динамизм.

Небывалый рост в 1990-е годы новых форм экономики и технологий заставил специалистов говорить о «парадигме новой экономики», которая претендовала на установление новых более совершенных микро- и макроэкономических правил. Все это связывалось, прежде всего, с теми возможностями, которые дает всемирная глобальная сеть – Интернет. Был поставлен вопрос о конце основополагающего принципа сложившейся экономической системы – цикличности экономической конъюнктуры. Но последующие события заставили более объективно взглянуть на ситуацию на мировых рынках и в целом на т.н. «новую экономику».

Ключевая идея «новой экономики» состоит в том, что современные информационные технологии и коммуникации снижают издержки благодаря интеграции и интенсификации связей. В интегрированном мире снижаются барьеры, усиливается конкуренция, рынки становятся прозрачными. Эти тенденции ведут к снижению инфляции и ускорению экономического роста, уменьшается амплитуда колебаний конъюнктуры.

Развитие событий уже в начале нынешнего века показало, что оптимизм в отношении «новой экономики» был преувеличенным. Осталась проблема инфляции в глобальном масштабе, сохранились циклы складского хранения, ненадежность прогнозов, обострилась проблема координации между потребителями и производителями. Новые технологии вместе с растущей интернационализацией обострили проблему структурной перестройки.

Движущей силой глобализации являются примерно 750 транснациональных компаний (ТНК), которые в силу своих преимуществ располагают почти неограниченными возможностями влиять на развитие глобальной экономики через крупномасштабные торговые операции и мировые финансовые рынки. Свободное движение капиталов создает нестабильность и таит угрозу кризисов. Все это в свою очередь стимулирует антиглобалистские настроения, негативно влияет на политическую прочность транзитных обществ и вызывает антирыночные меры.

К очевидным негативным сторонам глобализации относятся рост безработицы, массовое обнищание, генетические измененные продукты питания, уничтожение тропических лесов, унификация традиционных культур и т.д., то есть то, против чего борются антиглобалисты различных направлений: профсоюзы, активисты по защите окружающей среды, сторонники помощи третьему миру и др.

Можно охарактеризовать глобализацию как новый мир, в котором люди все меньше контролируют вещи, непосредственно затрагивающие их повседневную жизнь. Это не может не тревожить и не нервировать представителей самых разных слоев населения. В то же время, у многих людей глобализация ассоциируется со стремительным распространением рыночной экономики по всему миру. Сторонники глобализации представляют ее в качестве неумолимой экономической силы, которой благоприятствует информационная революция. Мотором глобализации выступают транснациональные производственные и торговые сети.

У глобализации существуют свои непреложные законы. Она заставляет всех участников искать пути к созданию единых полей: правовых, информационных, экологических и экономических. Более того, она подталкивает человечество к вхождению в единое цивилизационное поле. Это объясняет, почему глобализация провоцирует такое яростное сопротивление со стороны традиционных культур и обществ. Глобализация – есть противоречивый процесс по своей сути. Сторонников и противников глобализации можно найти как в левом лагере, так и среди консерваторов. В социально-психологическим и культурно-цивилизационном плане сопротивление глобализации вытекает: во-первых, из невозможности для большей части населения мира встроиться в нее; во-вторых, из-за негативного отношения к т.н. массовой культуре, отождествляемой с глобализацией.

Но глобализация – это не только экономический феномен, но также и социальный и психологический. Целые поколения и социальные слои населения в разных странах мира формируют свои взгляды на мир и на свое место в нем под воздействием Интернета и масс-медиа. И неизбежно, что глобализация становится питательной средой для политических страстей.

В США большинство населения считает, что их страна в целом выигрывает от глобализации. Конкретно выигравшими являются: слой потребителей, крупные концерны и экономические объединения, страны, где создаются рабочие места. Проигравшими себя считают те, кто теряет рабочие места, экологи и защитники окружающей среды. В Европе, например во Франции, отношение к глобализации более негативное.

В условиях глобализации наметилась еще одна негативная тенденция в мире: люди во всем мире все чаще проявляют недовольство традиционным политическим руководством, они стремятся получить ответы и верят тем политикам, которые обещают им быстрые решения сложных проблем.

Одним из парадоксов процесса глобализации является само движение антиглобалистов. Фактически, оно само по сути является глобалистским, объединяющим в своих рядах левые силы разных оттенков. Таким образом, на фоне т.н. «правой глобализации», контролируемой и направляемой ТНК, идет, но в меньших масштабах, процесс «левой глобализации», имеющий протестный характер. Принято считать, что глобализация увеличивает разрыв между богатыми и бедными странами.

К числу негативных последствий глобализации западные (неамериканские) представители относят утрату в результате ее национального суверенитета. Свобода торговли не создает условий для свободного перемещения научно-технических знаний. Высокий уровень налогообложения в странах социал-демократической ориентации (страны Северной и Западной Европы) вступает в противоречие с требованиями глобализации.

На фоне роста торговли, финансовых трансфертов, расширения деятельности ТНК в периферийных странах усиливается не взаимозависимость, а односторонняя зависимость этой группы стран от глобализационных центров, т.е. фактически идет процесс их изоляции, обособленности от основного глобализационного потока. Одновременно происходит экономическая и социальная самоизоляция Запада, которая выражается в том, что США и ЕС направляют до 70% инвестиций друг другу (в 1950-е гг. этот уровень составлял 50%).

При этом в ходе глобализации происходит фрагментация – разрушение многих, в том числе вполне жизнеспособных национальных политических, экономических, социальных и других структур. Таким образом, противоречие выражается в том, что глобализация ведет к сужению функций и ослаблению роли государства, в то время как вызываемые глобализацией разрушительные процессы фрагментации (этнический сепаратизм, консолидация этнических групп в экономике, конфессиональные и этнические столкновения, коррупция, социальные противоречия и т.д.) требуют вмешательства сильного государства.

Глобализация отчетливо выявила новое явление в мировой экономике: кризис корпоративной экономики, т.е. экономики, созданной, поддерживаемой и контролируемой крупными акционерными корпорациями. Такая система наиболее характерна для США, где она и была создана, и где кризис проявился в наибольшей степени. Он проявился также и в странах ЕС и в Японии. Парадоксально то, что именно крупные корпорации стояли у истоков создания глобализированной экономики. Не вызывает сомнений, что система корпоративного управления крупных объединений потребует в ближайшей перспективе коренного реформирования, изменения тактики и стратегии, методов формулирования целей, структуры управления, форм и взаимосвязи с другими субъектами экономического процесса. И главное – отказ от основополагающего принципа классического капитализма – прибыль любой ценой.

Современные игроки глобализации, к числу которых относятся не только отдельные страны, но и ТНК, региональные объединения и союзы, применяют новые методы и стратегии. Все более популярными рычагами воздействия на национальную безопасность отдельных стран становятся глобальный экономический захват рынков стандартизированной продукцией, быстрое перемещение финансового капитала, миграция высококвалифицированных людских ресурсов, использование «информационных войн». Изменились методы и стратегии ведения войн, все более усиливается роль таких стратегий, как ведение террористических операций, массовое распространение наркотиков, применение бактериологического оружия и др.

Глобализация предъявляет новые вызовы национальной безопасности отдельных государств. Анализ факторов глобализации позволяет выявитьглобальные угрозы безопасности: Главной угрозой глобализации является формирование «общества 20:80». Это означает, что для эффективного функционирования экономики в XXI веке будет достаточно 20% квалифицированных работников. Сегодня они интегрированы странами т.н. золотого миллиарда. 80% мирового населения не будет вовлечено в экономическую деятельность, что может привести к росту социальной напряженности между большинством бедного населения планеты и меньшинством богатого общества, стать источником все новых социальных конфликтов, региональных столкновений и локальных войн. При достижении определенной критической массы эти конфликты могут превратиться в глобальное противостояние между странами и народами мира.

Другой проблемой является «перевернутая пирамида» финансовых потоков. Это означает, что только 10-12% мировых финансов обслуживают реальный сектор экономики. Другой угрозой является потеря экономического суверенитета отдельными государствами. Усиление роли ТНК, международных союзов ослабляет суверенитет отдельного государства.

Последнее десятилетие ХХ в. характеризуется невиданной экспансией Запада по утверждению и распространению своих моральнополитических ценностей, под которыми понимается, прежде всего, демократия. Однако, следует различать демократию как политическую систему – совокупность институтов и процедур от демократии как образа жизни (т.н. демократической веры). Отсутствие второго фактора определяет неуспех по формированию демократических систем в западному духе, или создание псевдо-демократических систем, мимикрирующих под западные.

Это объясняет тотальный провал попыток Запада навязать свою культурно-политическую модель отличным от него цивилизационным сообществам, в том числе и на пост-советском пространстве. Первоначальный успех популяризации западной модели стал возможен во многом благодаря одновременно развернувшимся глобализационным процессам.

Таким образом, глобализация вольно или невольно ассоциируется у многих с западной цивилизацией. Однако тот ресурс, который получил Запад в начале 1990-х гг., практически исчерпал себя. Следует отметить, что распространение своей модели в других регионах планеты для Запада является не самоцелью, а инструментом по обеспечению эффективности своей стратегии. Тем самым, распространение т.н. западных политических и цивилизационных ценностей и западной модели является важной составляющей процесса глобализации, но не его целью.

28                                                                                                                                                                                                                                                                                                               29

Геополитическая картина современного мира в условиях глобализации стремительно меняется. Некоторые тенденции геополитики будущего мира уже угадываются сегодня. Первая касается отношений между Америкой и Европой. Не секрет, что Европейский Союз в последние годы претендует на то, чтобы его считали не только крупнейшей экономической державой, каким он по существу уже является, но и одним из военно-политических и геополитических центров в мире. ЕС активно развивает собственную согласованную внешнюю и оборонную политику, пытается выступать на мировой арене единым голосом, хотя это не всегда удается. Тем не менее, объективная тенденция налицо: ЕС готовится в будущем если не соперничать с США, то вести самостоятельную политику и занять собственную геополитическую нишу на планете.

Евросоюз пытается включить в сферу своих геополитических интересов не только Восточную Европу, но и значительную часть СНГ, то есть Центральную Евразию, включая Кавказ, Каспийское море и Центральную Азию. «Экспансия» ЕС преподносится как экономическое, технологическое и культурное доминирование.

Чрезвычайно опасным является развитие событий на геополитическом разломе между западным миром и исламской цивилизацией. Этот разлом затрагивает и Евразию. Появляется все больше признаков противостояния этих цивилизаций. Эти противоречия проявляются в незатухающем конфликте на Ближнем Востоке, в стремлении Запада уйти от зависимости от арабской нефти, что явно носит геополитический характер. Наконец, очевидным является нежелание большинства мусульман адаптироваться к западным ценностям и сопротивление исламского мира западному доминированию. Все это принимает искаженные и преувеличенные формы.

На восточной оконечности Евразии происходит грандиозный процесс возникновения новой экономической державы будущего и новой геополитической силы – Китая. Воссоединение Гонконга с КНР сразу превратило Китай в одну из крупнейших финансовых держав Азии. Когда Китай присоединит к себе Тайвань, что, скорее всего, произойдет в первой половине этого столетия, это сделает его сильнейшей военно-политической и экономической державой в Азии и во всем АТР. Более того, интересы Китая начнут простираться и в западном направлении – в Центральную Евразию. Все это не может не затрагивать интересы других геополитических центров силы – США, России, Европы, а также региональных игроков. Все это касается безопасности и Центральной Азии.

Новая мировая система развивается в сторону полицентрической модели с несколькими диверсифицированными центрами, что предполагает многоуровневый и многомерный характер мировой структуры. При этом центры военной силы не обязательно будут совпадать с центрами экономической силы и культурного влияния. Таким образом, процесс глобализации происходит на фоне столкновения двух тенденций в мировой политике: попыток создать однополюсный мир во главе с США (или в составе альянса, контролируемого Америкой, в который вошли бы ЕС, Япония и, возможно, Россия) и объективного развития многополюсного мироустройства.

Американская модель глобализации с самого начала базировалась на стремлении США поставить на службу своей экономики мировые ресурсы и побудить другие страны работать американцев, принимая в оплату товаров и услуг американскую валюту – доллары. В результате создалось положение, когда множество стран прямо или косвенно участвуют в удовлетворении ненасытного спроса американских потребителей. Это позволяет говорить об асимметричности глобальной экономики и превращении США в «гигантскую потребительскую машину», в фактически единственную в мире страну «нетто-потребителя». Если США можно назвать экономической сверхдержавой и главным двигателем мировой экономики, то прежде всего именно в этом смысле.

Перспективы США, однако, весьма неопределенны и тревожны. Будучи обремененной многими внутренними и внешними дефицитами, страна полностью зависит от того, будет ли иностранный капитал попрежнему притекать в количествах, способных уравновесить хотя бы хронический пассив текущего платежного баланса. Положение доллара не слишком устойчиво, несмотря на все правительственные заверения в неизменности «политики сильной валюты». Евро набирает силу, на подходе единая восточноазиатская валюта.

Чтобы стать общепризнанным лидером глобализирующегося мира США должны создать систему «обратной связи», т.е. предоставить в распоряжение мирового сообщества часть своих ресурсов и пожертвовать частью своих интересов. Однако, американская культурно-цивилизационная модель имеет эгоистичный, эгоцентрический и самоуверенный характер. Этот факт вызывает неизбежное отторжение и отчуждение американского лидерства. Наиболее наглядным подтверждением этого вывода является нарастающий раскол между США и Европой.

Фактически, США уже выработали свою стратегию в условиях глобализации. Она состоит в том, чтобы добиваться своих внешнеполитических целей и проводить свою линию вне зависимости от воли других. Для этого Соединенным Штатам необходимо удерживать другие страны и коалиции от наращивания ими своей мощи (в первую очередь военной) до такого уровня, который позволил бы им противостоять США.

Таким образом, военно-техническое превосходство является, по представлению американского руководства, важным, если не решающим фактором обеспечения своего мирового лидерства и законодателя глобализационного процесса. В настоящее время в США наблюдается наличие как политической воли, так и научно-технических возможностей для создания ядерного оружия нового поколения – чисто термоядерного, поражающее действие которого будет варьироваться в неограниченно широких пределах. Как представляется в Вашингтоне, военная мощь должна будет компенсировать неизбежную в будущем утрату Америкой экономического лидерства в глобализированном мире. На эти цели направлены и другие военные программы – создание систем НПРО и ТВД, введение в строй нового поколения авиации и космической техники и т.д.

В то же время, американское доминирование не всесильно и не вечно. Его эрозия происходит, в том числе и за счет глобализации. На перспективу США видят сохранение своего доминирования путем расширения военно-политической кооперации. Для этого им необходимо сохранение НАТО и аналогичных структур по всему миру, блокирование формирования независимых от Вашингтона крупных военно-политических инициатив, в первую очередь – европейской и евразийской.

Китайская модель глобализации экономики в принципе довольно сходна по формам включения в мировое хозяйство с практикой таких традиционно экспорториентированных стран, как Германия или Япония. При этом китайская экономическая экспансия имеет под собой более прочную основу (например, ее ресурсная база несравненно богаче, чем у обеих стран). Высокие темпы роста экспорта и импорта при постоянно активном торговом балансе (102 млрд. долл. в 2005 г.), интенсивный приток прямых иностранных вложений при том, что и Китай всерьез приступил к скупке перспективных компаний и недвижимости за рубежом, свидетельствуют о довольно хорошо сбалансированном и более или менее гармоничном включении страны в мировую экономику.

В мире осталось немного стран, почти не затронутых глобализацией и/ или не вовлеченных в процессы региональной экономической интеграции – будь то в форме таможенных и экономических союзов или просто зон свободной торговли. Глобализация в целом оказывает менее непосредственное и менее концентрированное влияние на развитие экономики отдельных стран, чем региональная интеграция, выступающая на сегодняшний день высшей формой интернационализации хозяйственной жизни. Одновременно замечено, что глобализация имеет тенденцию выбирать наиболее сильных и/или перспективных игроков (сегодня это, безусловно, США и Китай), давая им дополнительные преимущества и именно через них оказывая наиболее сильное влияние на остальной мир.

Под воздействием глобализации задачи интеграционных объединений развитых и развивающихся стран существенно расходятся. Развитые государства стремятся вовлечь в орбиту своей экономической деятельности новые пространства, шире развивать собственные передовые технологии. Среднеразвитые и слаборазвитые государства вынуждены обеспечивать своим экономикам устойчивые темпы роста и противодействовать разрушительным проявлениям глобализации.

С учетом особенностей и противоречий глобализации перед такими странами как Казахстан возникает задача не освобождения своих рынков (основное требование глобализации), а усиления роли и разумного вмешательства государства. Глобализация сможет успешно развиваться только при формировании и взаимодействии триады: бизнес – государство – наднациональные и межнациональные регуляторы глобальных экономических процессов.


[1] О проблемах глобализации см.: Арыстанбекова А. Глобализация: история, динамика, аспекты, грани. – Алматы: Дайк Пресс, 2007. – 304 с.; Барлыбаев Х. Человек, глобализация, устойчивое развитие. – Москва: РАГС, 2008. – 321 с. Бауман З. Глобализация: последствия для человека и общества /Пер. с англ. М. Коробочкина. – М.: Весь Мир, 2004. – 188 с.; Бек У. Что такое глобализация? – М.: Прогресс-Традиция, 2001. – 304 с.; Бек У. Власть и ее оппоненты в эпоху глобализма. Новая всемирно-политическая экономия. – Москва: Прогресс-Традиция, 2007. – 465 с.; Бхагвати Д. В защиту глобализации. – Ладомир, 2005. – 406 с.; Быков О.Н. Международные отношения: трансформация глобальной структуры. – Москва: ИМЭМО, Наука, 2003. – 573 с.; Глобализация и регионализация: факторы формирования геополитического пространства. – Москва: ИМЭМО, 2006. – 97 с.; Сорос Дж. О глобализации. – Москва: ЭКС-МО, 2004. – 367 с.

О Main Aditor

Здравствуйте! Если у Вас возникнут вопросы, напишите нам на почту help@allinweb.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.