Нотариальные действия

  • В истории нотариата. Предвестником латинского нотариата264,к системе которого относится
  • См.: E.C.R. 1-2725. С-305/88. Lancray S. A. v. Firma Peters and Sickert KG (1990); E.C.R. 1-5661. C-123/91, Firma Minalmet GmbH, Dusseldorf v. Firma Brandeis Ltd. London (1992) // Netherlands I. international Law Review. 1993. P. 512; Revue Critique. 1993. P. 81.

264 В настоящее время действует международная неправительственная организация — Международный Союз латинского нотариата (МСЛН), насчитывающая около 70 стран, в который

  • 1995 г. вошла и российская Федеральная нотариальная палата. В МСЛН входят не только нотариат стран Европы, но и нотариальные палаты государств других континентов, как, например,

российский нотариат и нотариальная деятельность в других странах континентальной Европы, является табеллионат эпохи римского права. Об этом институте упоминает Ульпиан. Под именем табеллионов наряду с юрисконсультами и адвокатами понимался разряд лиц, которые, не будучи состоящими на государственной службе, занимались в виде свободного промысла под контролем государства составлением юридических актов и судебных бумаг для всякого нуждающегося в них за установленное законом вознаграждение. Лица, желавшие совершить документ, должны были обратиться в контору табеллиона и просить его об этом. Табеллион на основании устного сообщения сторон о свойстве сделки составлял проект акта, цель которого заключалось в том, чтобы выяснить характер юридического отношения, в которое вступают стороны, и их желания относительно определения взаимных прав и обязанностей, как это делается нотариусами в наше время. Для написания акта употреблялся род гербовой бумаги. Переписанный акт прочитывался контрагентам в присутствии свидетелей, приводимых ими, подписывался теми и другими, после чего его подписывал табеллион с обозначением, что он прочитан контрагентам, подписан ими и свидетелями и вручен по принадлежности265. После падения западной Римской империи в Италии сложился прототип общеевропейского нотариата. С конца XIV в. организованный сначала в силу законодательства Карла Великого и его преемников, а потом городскими статутами, он был воспринят вслед за римским правом и введен в практическую жизнь новой Европы. Историк нотариата Н. Ляпидевский подчеркивает, что история нотариата в варварских государствах на территории вне Италии — вестготов, бургундов, франков и т.д. — складывалась иначе. «Сохранив табеллионат в его римской организации, присвоив ему новое наименование — нотариат, Италия возводит его в государственную должность и продолжает по мере восстановления римского права развивать его на прежних основаниях сообразно потребностям и условиям практической жизни…»266. В Древней Руси в XVI в. начал складываться особый разряд писцов — «площадных подьячих», не считавшихся служилыми людьми, которые подрабатывали на площадях составлением различных письменных актов. В Уложении Алексея Михайловича 1649 г. их деятельность получила хотя и примитивную, но все же в определенной мере правовую регламентацию. Деятельность «площадных подьячих» отмечена и в некоторых реформаторских указах Петра Первого. Однако только 14 апреля 1866 г. специальным законом, утвержденным Александром II, российский нотариат получил статус одного из правовых институтов Российской империи.

Несмотря на общие исторические корни, роднящие нотариат Европы, современное законодательство о нотариальной деятельности, сама организация и модели нотариата в различных европейских странах характеризуются значительным несовпадением. Это обусловливает известные осложнения для физических и юридических лиц, когда речь идет о документообороте, связанном с международной сферой. Именно подобного рода обстоятельства, возникающие в ходе международного хозяйственного и иного взаимодействия субъектов

Аргентины, Уругвая. Нотариат латинского типа представляет собой осуществление нотариусами публично-правовых функций, делегированных им государством, независимо и самостоятельно, но под контролем государства или определенных особых им органов.

Для понимания существа латинского нотариата важное значение имеют положения «Этического кодекса нотариусов Европы», принятого на конференции национальных организаций нотариусов Европейского Союза, проходившей 3 — 4 февраля 1995 г. в Неаполе, а также резолюции нотариальных организаций стран-участниц Европейского Союза, одобренной 22 — 23 марта 1990 г. в Мадриде. «Нотариус, — говорится в названных документах, — является должностным лицом, деятельность которого регулируется нормами публичного права и которому государство передает полномочия по созданию официальных документов». При этом нотариус для того, чтобы «гарантировать свою независимость, необходимую для осуществления его деятельности, ведет частную практику как представитель свободной профессии, полностью подпадающей под действие добровольной подсудности» (ст. 1.1.).

  • См.: Ляпидевский Н. История нотариата // Нотариальный вестник. 1997. № 4. С. 51.
  • Ляпидевский Н. Указ.соч. //Нотариальный вестник. 1997.№6.С. 38.

национального права разных государств, диктуют обращение к анализу соответствующих правил, имеющихся в государствах мира. И хотя отношения в области нотариата, квалифицируемые как публично-правовые, не являются, строго говоря, объектом регулирования МЧП, глубокая их связь

  • международными отношениями цивилистического характера заставляет уделять проблемам нотариата известное внимание в аспекте МЧП.

Нотариат в аспекте международного частного права. Когда сегодня в масштабахмеждународной экономической жизни идет речь об учреждениях, сталкивающихся с необходимостью применения иностранного права, помимо судебных инстанций, следует иметь в виду прежде всего и органы нотариата. Действительно, самой потенциально «восприимчивой» для участия в каждодневных операциях иностранных физических и юридических лиц сферой выступает деятельность нотариусов по оформлению гражданско-правовых актов, совершаемых либо самими физическими и юридическими лицами, либо в их интересах. Однако насколько подготовлены отечественные и зарубежные кадры нотариата к профессиональной деятельности по применению иностранных правовых норм и знанию иногда достаточно тонких моментов, связанных с установлением содержания иностранного правопорядка?

Известны классические примеры расхождений в наследственном праве Франции и Бельгии, в частности в том, что касается формы завещательных распоряжений. Так, и во Франции, и в Бельгии действует Кодекс Наполеона, в котором содержится ст. 970, посвященная действительности олографических завещаний267. Однако судебная практика одной и другой страны по-разному формулирует последствия ошибки в завещании, если таковые содержатся в подобных актах. Скажем, во Франции ошибки в датировании завещательного распоряжения считаются оказывающими влияние на юридическую безупречность и, следовательно, действительность документа, а в Бельгии аналогичное завещание будет признано не имеющим пороков и значит действительным. Исходя из этого, если к российскому, германскому, итальянскому или любому иному нотариусу поступает олографическое завещание, составленное в одном из двух указанных государств, он обязан быть осведомленным не только

  • том, что местный закон допускает форму подобного оформления, но и правильно решать вопрос о характере допускаемых пороков формы, а также последствиях определенного рода ошибок. Таким образом, бельгийское завещание нотариус не вправе отвести по причинам порока формы и содержания, в принятии же французского завещательного акта, если в нем имеются ошибки в датировании, должно быть отказано.

Или возьмем иную ситуацию, требующую не только определения, каким законом должно регулироваться соответствующее отношение, но и установления содержания применимого права. Например, два земельных участка располагаются на высоком косогоре один под другим, причем на территориях двух разных государств — Швейцарии и Италии, и нижний участок обременен сервитутом, состоящим в том, что на нем нельзя строить здание, превышающее два этажа, который наложен нотариальным актом, составленным в 1931 г. швейцарским нотариусом. В 1997 г. владелец нижнего участка строит дом, против чего возражает собственник господствующего участка, поскольку, по его мнению, дом имеет пять этажей, и это обстоятельство противоречит установленному на служебном — нижнем — участке сервитуту. Собственник же строящегося дома утверждает, что его строение имеет два подвала,

два этажа и крышу мансардного типа. Здесь возникает несколько важнейших для разрешения спора вопроса: право какого государства — господствующего или служебного участка — надлежит применить к содержанию установленного сервитута и каким правопорядком нужно воспользоваться для определения, какова этажность возводимого на нижнем участке здания?

Обе приведенные и многие другие иллюстрации показывают , насколько глубоко в нынешних условиях международное частное право пронизывает сферу внутригосударственной жизни, включая и нотариальную деятельность, если она связана с международными отношениями,

267 Статья 970 гласит: «Олографическое завещание действительно при условии, что оно полностью написано, датировано и подписано собственноручно завещателем: оно не требует никакой иной формы».

обусловливая необходимость его учета и умения пользоваться его принципами и правилами.

  • данном случае представляется небезынтересным провести некоторый сравнительный обзор правового статуса нотариуса и в целом действующих правовых основ этого института в отдельных странах континентальной Европы. Во Франции с 1803 г. — года принятия национального акта Закона от 25 вантоза XI года Республики — 16 марта 1803 г. о нотариате, а
  • настоящее время согласно положениям Ордонанса № 45-2590 от 2 ноября 1945 г. и Декрета №

45-0117 от 19 ноября 1945 г., измененных декретами № 86-728 от 29 апреля 1986 г. и № 88-815 от 12 июня 1988 г., предусматривается, что нотариус — лицо свободной профессии, за которым стоит государство, т.е. признаются функции официального лица с полномочиями придавать актам и договорам ту же степень аутентичности, доказательственной силы и исполнимости, что и документам, выданным органами государственной власти. Нотариус назначается министром юстиции из числа лиц, окончивших юридические факультеты, которые прошли практику и сдали экзамен на профессиональную пригодность. Во Франции имеются экономические и правовые предпосылки для образования достаточно крупных контор, иногда фигурирующих как товарищества, компании, в делах которых вправе участвовать наследники умершего нотариуса — владельца нотариальной конторы. Контроль и инспектирование нотариальной конторы осуществляется нотариусом-инспектором, который проверяет акты, удостоверенные нотариусом, правильность ведения финансовой и налоговой деятельности.

  • Федеративной Республике Германии сосуществуют три типа нотариата: чистые нотариусы (nur Notar) — только нотариусы, осуществляющие свою деятельность в большинстве земель ФРГ (на 61% территории); нотариусы-адвокаты (действующие приблизительно на 24% территории); государственные нотариусы, являющиеся государственными служащими (15%). Германский нотариус выполняет государственную функцию — по идентификации и аттестации юридических фактов и актов. Он независим от государства и самих сторон.

Нотариальный акт имеет как доказательственную силу, так и силу исполнимости. Государственный надзор за деятельностью нотариусов принадлежит судебной власти (Верховному суду, Апелляционному суду и земельной судебной администрации).

Австрия представляет собой образец страны, в которой действует нотариат чисто латинского типа. Австрийский закон о нотариате от 25 июля 1871 г. (с изменениями и дополнениями, последнее из которых внесено в 1993 г.), устанавливает, что контроль за нотариусами осуществляет нотариальный Совет (окружной и федеральный).

  • Голландии нотариус — частное лицо свободной профессии, приравненный к государственному чиновнику, поскольку он выполняет от имени государства и по его поручению функции придания юридическим актам частных лиц значения документов, издающихся государственными органами, следовательно, обладающих высокой степенью доказательности и исполнимости. Нотариус назначается короной и наделяется соответствующей компетенцией.
    • Испании согласно законодательству нотариус также является юристом — субъектом свободной профессии и одновременно официальным лицом, назначаемым Министерством юстиции, испанский нотариус действует в сфере традиций латинского нотариата: испанские нотариальные акты обладают в полной мере силой доказательности и исполнимости. Подчеркивание в статусе нотариуса латинского типа того, что данное лицо является не только субъектом публичного права, но и дипломированным юристом, не лишено смысла, поскольку известно, что, например, в некоторых других странах, в частности США, нотариусами не обязательно являются юристы.
    • Италии деятельность нотариата регулируется законом от 16 февраля 1913 г. № 89. Нотариусы назначаются министром юстиции по итогам общенационального отбора; претендентов экзаменует смешанная комиссия, состоящая из судей, нотариусов, профессоров и доцентов. Нотариус является одновременно лицом свободной профессии и представителем государства, надзор за которым производится Министерством юстиции, Прокуратурой Республики и нотариальными советами.

Не менее любопытным выступает правовое регулирование нотариата в КНР. Нотариат в

Китае — государственный орган, на который возложены задачи удостоверения подлинности и законности совершенных актов, имеющих юридическую силу документов и фактов с целью охраны общественной собственности, личных и имущественных прав, а также законных интересов граждан. Основной нормативный акт, регулирующий нотариальную деятельность в Китае, — Временное положение КНР о нотариате, вступившее в силу 29 июня 1982 г., подлежащее замене постоянным актом. Кроме того, распоряжением Министерства юстиции КНР от 22 февраля 1995 г. № 34 были обнародованы Правила управления уполномоченными нотариусами Китая (Сянган), которые предназначены для регламентации деятельности так называемых «уполномоченных», т.е. «свободных» (частных) нотариусов в провинции Сянган (бывшем Гонконге)268.

  • Российской Федерации, относящейся к стране, имеющей нотариат латинского типа, как известно, на основании Основ законодательства о нотариате 1993 г. действовала смешанная нотариальная система: с одной стороны, имелись государственные нотариусы (государственные чиновники), с другой — частнопрактикующие нотариусы, сочетающие в себе черты лиц с публично-правовыми функциями, делегированными им государством, и свойства субъекта свободной профессии, находящегося под контролем государства в лице собственно государственных органов (Министерства юстиции) и общественных органов, специально созданных с согласия государства для этих целей (нотариальных палат). В нынешних условиях
  • упразднением государственных нотариальных контор необходимо вести речь только об одной категории нотариусов.

При всех продемонстрированных выше различиях в конструкциях и организации нотариата в

европейских и иных странах сегодня существует некое сходство присутствующих в осуществлении нотариальной деятельности элементов. Наличие их позволяет в рамках отдельных географических регионов или интеграционных процессов осуществить сближение и гармонизацию действующего права. В частности, в Резолюции Европейского парламента АЗ-0422/93 «О положении и организации нотариата в 12 государствах-членах Сообщества»269 подчеркивалось, что общие элементы, которые свойственны разным моделям организации и функционирования нотариата, сводятся в следующему: передача нотариусу государством части своей верховной власти, что необходимо в том числе для удостоверения подлинности соглашений

  • придания им публичного характера и доказательственной силы: нотариальная деятельность является независимой и осуществляемой публично в форме свободной профессии270, но под контролем государства или органа, действующего на основании устава и наделенного соответствующими полномочиями от имени государства271, которое следит за соблюдением требований, предъявляемых к нотариальному действию, и т.д.; нотариус выполняет функцию предупредительного правосудия, позволяя не доводить дело до суда, путем устранения или снижения вероятности возникновения споров; нотариус играет роль беспристрастного советчика сторон. Данная резолюция сформулировала предложение органам Сообщества и государствам-членам использовать правовые инструменты Договора о ЕС для обеспечения без излишних формальностей взаимного признания нотариальных актов, в том числе на основании ст. 220 Римского договора272. В то же время в документе в известной мере сделана попытка предложить
  • См.: Йемма Андреа. Сравнительный взгляд на нотариата латинского права Европы // Нотариальный вестник. 1997. № 2. С. 31 — 32; Шепенко Р. Правовое регулирование нотариальной деятельности в КНР // Там же. 1998. № 2. С. 31 — 35; Гемес Серен. Суды и нотариат // Там же. С. 35 — 40.
  • См. Резолюцию Европейского Парламента от 18 января 1994 г.
  • Исключения в странах-членах ЕС составляют Португалия, одна из земель Германии и Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии с его особой системой права.
  • В отдельных странах этот надзор осуществляется по-разному: частично силами соответствующих управлений юстиции, частично судами, а иногда совместно — судами и органами юстиции.
  • См.: Нотариальный вестник. 1998. № 5. С. 13 — 14.

пересмотр некоторых основополагающих норм, закрепленных в правовых основах Сообществ. Так, ст. 55 Договора БС говорит о том, что из сферы применения положений, касающихся пребывания и деятельности граждан на территории другого государства и свободы предоставления услуг, исключаются «виды деятельности, относящиеся, даже временно, к исполнению функций государственной власти». В силу этого, поскольку осуществление функций нотариуса относится именно к подобному роду деятельности, взаимное предоставление гражданам других государств возможности отправлять такие функции на территории стран Союза исключено само по себе. С учетом указанного в резолюции подчеркивается, что она «считает в связи с этим — несмотря на рестриктивное толкование, применимое к вышеупомянутым исключениям из сферы действия статьи 55, — что закрепленные в Договоре ЕС положения… не дают необходимых юридических оснований для упорядочения и приведения к единообразию на уровне Сообществ норм и правил организации профессии нотариуса»; «предлагает Комиссии ЕС и государствам-членам … сделать совместимой, в порядке субсидиарности, оговорку об исключении из общего правила видов деятельности, связанных с исполнением функций государственной власти и упомянутых в статье 55, с основополагающим принципом распространения на всех в равной степени положений Договора о ЕС, изложенных в статье 6».

  • литературе зарубежных стран очень часто подчеркивается связь нотариальной деятельности и органов правосудия. Весьма многочисленны в этом плане высказывания по поводу того, что нотариат есть сфера и форма «превентивного», или «предупредительного», правосудия. Не случайно поэтому в сфере нотариата, как и в процессуальной области, нередко возникают вопросы «конфликта юрисдикции», т.е. необходимости разграничить компетенцию органов нотариата одного и другого государств. Например, кто из нотариусов вправе удостоверить сделку с недвижимостью: нотариус страны гражданства (либо местожительства) стороны в сделке или нотариус места нахождения недвижимого имущества? В пределах компетенции кого из нотариусов находится вопрос удостоверения подписи свидетеля при составлении завещательного распоряжения: нотариуса, действующего в месте составления акта или в месте постоянного жительства завещателя? Решение перечисленных и тому подобных дилемм будет зависеть от ряда факторов, важнейшими из которых являются соответствующие правовые подходы, закрепленные
  • национальных актах различных государств по поводу пределов компетенции собственных органов, в том числе установления так называемой их исключительной компетенции.

Так, скажем, нотариальные действия в отношении удостоверения сделок, юридических фактов и их признания в случаях с недвижимым имуществом повсюду в мире считаются прерогативой нотариальных органов того государства, в котором расположена такая недвижимость.

  • частности, нотариус в Испании является исключительным должностным лицом применительно к совершению актив, связанных с недвижимостью, включая ипотечные гарантии, а также с компаниями, созданными по законам Испании. Германский нотариус, в свою очередь, обладает исключительной компетенцией в области недвижимости, находящейся в ФРГ, в том числе и в части ипотечных отношений, в отношении актов хозяйственных товариществ (акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью, торговых товариществ), имеющих местонахождение (центральных офисов или предприятий) на территории Германии, и т.д. Аналогично этому только итальянский нотариус обладает эксклюзивным правом составления акта, относящегося к недвижимости на территории Италии, включая установление ипотеки, гласного завещания, а также актов, объектами которых выступают автомобили, морские и воздушные суда, внесенные в государственные реестры данного государства.

«Этический кодекс нотариусов Европы».  В последние годы в практику и правовую

действительность нотариата все больше входит такое понятие, как «транснациональное действие»

  • сопряженные с ним выражения: «нотариус страны пребывания», «нотариус страны происхождения», «национальный нотариус», «иностранный нотариус» и т.д. В этом плане следует безусловным образом связать распространение упомянутых понятий и терминов с принятием «Этического кодекса нотариусов Европы» (иногда в литературе встречается и иное его наименование — «Европейский кодекс профессионального нотариального права»), в котором,

пожалуй, впервые в истории нотариата проявилось закрепление воли нотариусов как представителей своей профессии «гарантировать гражданам европейских стран при оформлении ими прав и сделок, выходящих за национальные границы, такую же правовую защиту, как и внутри страны». Дефиниции перечисленных выше понятий, используемых в Кодексе, имеют, в частности, следующее значение: «транснациональное действие» — любое действие со ссылкой на другое государство, например в отношении места нахождения имущества, являющегося предметом предстоящей сделки, гражданства одного из участников либо его места жительства или места проведения нотариального удостоверения; «нотариус страны пребывания, или национальный нотариус» — нотариус, который уполномочен совершать нотариальные действия по месту своего нахождения в соответствии с национальным законодательством своей страны; «нотариус страны происхождения, или иностранный нотариус» — нотариус другого государства-члена Европейского Союза, отличного от того, в котором совершаются нотариальные действия.

Целесообразно остановиться на некоторых предписаниях унифицированного характера, выработанных для европейских нотариусов. Поскольку в современной жизни нередки ситуации, когда требуется профессиональное сотрудничество нотариусов разных стран в одном и том же вопросе, Кодекс специально закрепил правила такого их взаимодействия: «В случае, когда национальный и иностранный нотариусы сотрудничают в рамках одного и того же дела, они должны стремиться совместно выработать общее решение, которое в соответствии с действующими законодательными и иными нормами гарантировало бы участникам всеобъемлющую защиту их интересов» (ст. 1.2.1). Характерны также и прямые (единообразные) указания Кодекса в отношении применяемых нотариусами в процессе совершения нотариальных актов обозначений. Так, нотариус при составлении актов и официальных документов, ведении корреспонденции и предоставлении официальной информации относительно своей профессиональной деятельности указывает наименование своей профессии: «нотариус», а также фамилию и имя в том виде, в каком это допускается национальным законодательством для ведения им своей частной практики. Кроме того, нотариус указывает свое место нахождения, т.е. место, куда он был назначен на эту должность. Нотариус может также указывать свое ученое звание. Указание специализации разрешается только в том случае, если это не противоречит законодательству страны происхождения (ст. 1.2.6).

Особое значение в условиях интенсивных экономических и прочих обменов в современной международной жизни имеет решение Кодексом проблем территориальной компетенции в нотариальной деятельности. «Каждое физическое и юридическое лицо, — предусматривается в нем, — вправе выбирать, себе нотариуса для получения от него правовой помощи и составления официальных документов. Оно может также обратиться к любому нотариусу с просьбой оказать помощь и содействие нотариусу, уполномоченному заниматься делом данного физического или юридического лица в силу территориальной юрисдикции. Нотариус, получивший такую просьбу, должен отнестись к ее выполнению со всей ответственностью, какую налагает на него его профессия. Нотариус страны происхождения, сопровождающий своего клиента в поездке за границу, как можно раньше ставит об этом в известность местного нотариуса и договаривается с ним о том, как будет осуществляться их сотрудничество. Во всех случаях проводить официальное удостоверение документов праве лишь тот нотариус, который обладает соответствующей территориальной компетенцией (т.е. местный нотариус) (ст. 2.1).

Специальные положения Кодекса отведены применению права в профессиональной нотариальной деятельности. В данном вопросе правила Кодекса весьма специфичны. В отличие от процессуальной сферы, в которой всегда применяются нормы права страны суда (lege fori), Кодекс устанавливает следующие предписания: «при оформлении транснациональных операций нотариус руководствуется нормами права страны происхождения, нормами права страны пребывания и нормами, закрепленными в настоящем Кодексе» (ст. 2.2).

Некоторые зарубежные авторы, оценивая уровень и возможности правового развития в данной сфере Европейского Союза, полагают, что принятие Кодекса должно рассматриваться более предпочтительным по сравнению, например, с принятием на основе директивы ЕС какого-либо единого для всех стран ЕС решения или признанием юридической силы нотариальных актов

внутри ЕС273. При этом указывается, что в определенных государствах-членах положения, сформулированные в Кодексе, давно стали общим достоянием как с точки зрения закона, так и по сложившемуся всеобщему убеждению.

  • таким странам относится Австрия. Ее Закон о нотариате исходит из тех же основных принципов, на которых строится нотариальная деятельность и понимание статуса и должности нотариуса, что и Кодекс. Так, положения пункта 2 Кодекса, регулирующие нотариальную деятельность в случаях транснациональных операций, отдают приоритет соответствующему национальному праву по месту совершения нотариального действия. Нотариус, к которому обратился участник правоотношения (нотариус страны происхождения / иностранный нотариус) в делах, выходящих за национальные границы, с согласия этого участника сотрудничает с нотариусом, уполномоченным совершать данное нотариальное действие в силу своей территориальной компетенции (нотариус страны пребывания, т.е. страны, на территории которой составляется нотариальный акт, «национальный нотариус). Полная степень профессиональной ответственности существует, однако, у иностранного нотариуса только в отношении участника, но никак не процесса нотариального удостоверения. Иностранный нотариус, невзирая на свое содействие и сотрудничество, в смысле данного Кодекса не уравнивается с нотариусом, совершающим действие. Согласно § 5 австрийского закона нотариус может представлять интересы участника, в том числе и при совершении сделок, которые удостоверяет другой нотариус. Каждый вид деятельности, предусмотренный § 5 Закона о нотариате, осуществляется в порядке исполнения вверенной нотариусу публичной должности, поэтому, выступая в роли представителя одной стороны в сделках указанного рода, нотариус не является субъектом отношений субординации и контроля со стороны государственных органов, назначивших его на должность, а действует в личном качестве, сопровождая одну из сторон за границу в целях оказания ей поддержки при удостоверении сделки иностранным нотариусом. Аналогичным образом, если австрийский нотариус совершает на своей территории нотариальное удостоверение сделки, имеющей трансграничный характер, он должен разъяснить участнику правоотношения возможность привлечения иностранного нотариуса, который знаком с применимым правом и прочими формальностями, предписываемыми законодательством своей страны, с тем, чтобы иностранный нотариус «со всей ответственностью, какую налагает на него его профессия», мог оказать поддержку участнику правоотношения в Австрии, сотрудничая в этом плане с австрийским нотариусом и тем самым обеспечивая действенность совершения австрийским нотариусом удостоверения сделки, выходящей за национальные границы и имеющей отношение к иностранному праву274. В этой связи следует отметить и расхождение между нормами национального закона Австрии и Кодекса, поскольку, скажем, § 51 Закона о нотариате предусматривает в ряде случаев совместное составление нотариального акта, а раздел 2.1 Кодекса недвусмысленно закрепляет прерогативу того нотариуса, который обладает территориальной компетенцией (местного нотариуса). Или, например, исходя из содержания абзаца 3 § 65, не исключается участие иностранного нотариуса в совершении акта в качестве свидетеля, в то время как Кодекс подобной фигуры не предусматривает.

Форма нотариального акта, совершенного по правилам правопорядка иностранного государства. Признание документа и акта, совершенного за границей. В процессе совершениянотариальных действий, затрагивающих международную сферу гражданских отношений национальных субъектов права различных государств, достаточно часто нотариусы и иные органы, граждане и юридические лица разных стран сталкиваются с проблемой признания нотариального акта, совершенного в другом государстве, по форме, удовлетворяющей требованиям правопорядка последнего. Частичное ее решение в рамках отдельных регионов или субрегионов, обеспечиваемое, о чем говорилось выше, принятием единообразных документов (как это имеет место в Европейском Союзе, где предусмотрено участие в совершении действия

273 См.: Вагнер Курт. Европейский кодекс нотариального профессионального права // Нотариальный вестник. 1997. № 3. С. 25.

  • См.: Вагнер Курт. Указ. соч. С. 26 — 27.

иностранного нотариуса, что призвано в конечном итоге если не устранить вообще, то минимизировать случаи непризнания иностранных нотариальных актов в других государствах) представляет собой единичный случай. Как же обстоят дела в общем плане?

  • Основах законодательства о нотариате Российской Федерации от 11 февраля 1993 г. недвусмысленно заявляется, что нотариус, во-первых, принимает «документы, составленные за границей с участием должностных лиц компетентных органов других государств или от них исходящие», а во-вторых, принимает такие документы, если они составлены в соответствии с требованиями международных договоров, при условии их легализации органом Министерства иностранных дел Российской Федерации (подробнее об этом см. далее). Без легализации такие документы принимаются нотариусом в тех случаях, когда это предусмотрено законодательством Российской Федерации и международными договорами РФ (ст. 106). Кроме того, в Основах закрепляется еще одна принципиальная норма, касающаяся международного взаимодействия и обусловливающая обращение нотариуса в необходимых случаях к правопорядку иностранных государств: «Нотариус в соответствии с законодательством Российской Федерации, международными договорами применяет нормы иностранного права» (ст. 104). В той же статье содержится важное положение о том, что нотариус «совершает удостоверительные надписи в форме, предусмотренной законодательством других государств, если это не противоречит международным договорам Российской Федерации». Несмотря на присутствие этого правила в действующем отечественном законе, в нотариальной практике, по крайней мере отраженной в юридической литературе, пожалуй, трудно найти примеры его применения. Гораздо чаще можно столкнуться, например, с отказами нотариусов совершить действие в разрешенной законом форме либо с необходимостью приспособления, «адаптации» российского права к требованиям иностранного правопорядка, особенно в части соблюдения процессуальных норм.

Так, в государствах «общего права» существует правило о необходимости личного вручения документа о вызове в суд (судебной повестки, судебного приказа) участнику правоотношения, для чего в некоторых странах принято даже учреждение и обращение к специальному лицу — «процессуальному агенту», или «агенту для вручения судебных документов». Именно с вручением лицу процессуальных документов связывается в таких странах начало судебных процедур в правовом смысле. Известно, что подобного института в российском правопорядке не предусмотрено. И если на территории РФ нужно вручить какому-либо субъекту права судебный приказ, изданный, например, судебной инстанцией зарубежного государства, принадлежащего к англосаксонской системе права, возникает вопрос: как это можно осуществить, если простого направления по почте, даже с уведомлением о вручении, недостаточно? В частности, в 1996 г. российское юридическое лицо, выступавшее истцом в гражданском процессе по делу против компании, инкорпорированной в Сингапуре, и гражданина Сирии, проживающего в Российской Федерации, должно было решить именно такую задачу. Единственно приемлемой фигурой, действующей в рамках российского правопорядка, способной исполнить личное вручение судебного приказа постановления о предварительном обеспечении иска (writ of summons и Order of injunction prohibiting disposal of assets in Singapore) на территории России, является нотариус, в компетенцию которого согласно действующему законодательству входит осуществление такого нотариального действия, как вручение документов и обеспечение доказательств. Таким образом, достижение соответствующей цели стало возможным в результате упомянутого «приспособления» российского права к требованиям иностранного правопорядка.

Что же касается актов, совершенных за границей, и документов, их опосредствующих, то главным критерием для признания таковых в России выступает соблюдение формы, свойственной правопорядку страны их совершения, а также хотя бы непротиворечия требованиям формы, предусмотренным российским законодательством. Наиболее распространенным актом, встречающимся в деловой международной жизни, является доверенность. Российское материальное право, как и нормы многих других государств, устанавливает, что «форма и срок действия доверенности определяются по праву страны, где выдана доверенность. Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если

последняя удовлетворяет требованиям советского закона» (п. 3 ст. 165 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г., аналогичные предписания содержатся в п. 5 ст. 433 ГК МНР, ст. 834 ГК СРВ, ст. 8 японского закона о международном частном праве (хорея) и др.).

Принципиальным критерием для признания официальных документов, выданных за границей, выступает соблюдение правил по их легализации и удостоверению . Как установлено в ст. 106 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате 1993 г., без легализации документы, составленные за границей, принимаются нотариусом в тех случаях, когда это предусмотрено законодательством РФ и международными договорами.

Вообще говоря, вопрос о форме, характере, статусе документов, выданных за рубежом, и необходимости их признания является более общей проблемой.

Действие иностранных документов за границей. Легализация. Проставление апостиля. Вмеждународном общении повседневно складываются ситуации, требующие представления документов, выданных органами и их должностными лицами, учреждениями и организациями одних стран, в компетентные органы и службы других государств. Наиболее частые случаи такого рода связаны с рассмотрением таких документов нотариусами при совершении соответствующих нотариальных действий, судами и административными органами и учреждениями, органами ЗАГС, образовательными учреждениями и организациями275и т.д. Какими должны быть форма и реквизиты иностранных документов, представляемых властям зарубежных государств, каким юридически действительным требованиям они должны подчиняться? Верный ответ на эти и иные вопросы — гарантия соблюдения и защиты прав граждан и юридических лиц.

Проблема применения иностранных документов в пределах юрисдикции других государств имеет две стороны; признание действительности того или иного документа как такового — inter se (по своему характеру) и признание его действительности с позиций формы, подлинности, достоверности и т.д. В тех случаях, когда государства международно-правовым путем договорились о взаимном признании соответствующих категорий документов (например, посредством заключения международного соглашения о нострификации дипломов об ученых степенях и званиях), для практической реализации прав граждан и организаций ключевое значение будут иметь требования, предъявляемые к достоверности документов.

Согласно общепризнанным нормам международного права документы, составленные в пределах юрисдикции одного государства, принимаются на территории другого государства при условии их официального подтверждения в порядке, установленном национальными законодательствами государств или положениями международных договоров, участниками которых они являются. Современной практике, основанной на нормах существующих международно-правовых соглашений, известны два средства обеспечения действия иностранных документов на территории других государств: легализация и проставление апостиля. Последнее было введено Гаагской конвенцией, отменяющей требования легализации иностранных официальных документов, от 5 октября 1961 г. Инициатива разработки подобного договора подтверждения полномочий, удостоверения подлинности подписей и печатей, проставленных на документах, ибо консульская легализация сопровождается достаточной громоздкостью и вызывает многоступенчатость процедур, которые требуют, как правило, немалых затрат времени и совершения ряда последовательных фактических действий.

На основании Указа Президента РФ от 5 ноября 1998 г. № 1330 «Об утверждении положения о

  • Например, после ратификации Российской Федерацией в 1999 г. Европейской конвенции об эквивалентности дипломов, ведущих к доступу в университеты, от 11 декабря 1953 г.. Европейской конвенции об эквивалентности периодов университетского образования от 15 декабря 1956 г., а также Европейской конвенции об академическом признании университетских квалификаций от 14 декабря 1959 г. стало закономерным результатом существенное увеличение в двухстороннем направлении обращений в компетентные органы и учреждения, имеющие целью представление и признание не только иностранных документов в России, но и российских документов об образовании за рубежом.

консульском учреждении Российской Федерации» легализация документов наряду с осуществлением в пределах соответствующей компетенции нотариальных действий входит в число основных задач и функций консульского учреждения за границей (ст. 8 Положения)276.

Сама же легализация, согласно ст. 55 Консульского устава 1976 г. СССР, — это установление и засвидетельствование подлинности подписей на этих документах и актах и соответствия их законам государства пребывания. Порядок консульской легализации устанавливается Министерством иностранных дел. Принципиальное правило института легализации документов заключается в том, что зарубежные органы внешних сношений конкретного государства подтверждают и удостоверяют полномочия, действительность печати и подписи должностного лица, подписавшего документ от имени внутригосударственного органа, выдавшего документ, соответствующей страны, а внутренние органы внешних сношений той же страны — соответствующее подразделение ее Министерства иностранных дел — вправе удостоверить подлинность подписи и должностные полномочия и (или) статус дипломатического или консульского представителя иностранного государства, направившего консула или дипломата, на территории государства их аккредитации. Легализация, скажем, российских документов, составленных различными органами на территории РФ для представления органам и службам иностранных государств, производится в департаменте консульской службы Министерства иностранных дел РФ, а легализация иностранных документов, выданных органами зарубежных государств и предназначенных для использования на территории России, осуществляется российскими консульскими загранучреждениями в соответствующих государствах.

  • исключительных случаях иностранный документ может быть легализован в Департаменте консульской службы МИД, если он предварительно прошел легализацию консульского учреждения иностранного государства, находящегося на территории РФ, из которого поступил. К перечню таких случаев относится, например, отсутствие на территории соответствующего иностранного государства российского консульского учреждения, форс-мажорные события (военные действия, природные катаклизмы либо техногенные катастрофы, аварии и т.п.), послужившие препятствием для должных процедур легализации.

Как указывалось выше, в принципе документы, выданные и имеющие юридическое значение на территории иностранных государств и предназначенные для использования за границей (в том числе в Российской Федерации), могут получить действие в пределах других государств в результате обращения в двум правовым средствам: легализации и подтверждению путем проставления апостиля, если требования последних не устранены в силу положений международного договора между соответствующими странами. Требование соблюдения более жестких формальностей и отход от положений, установленных Гаагской конвенцией 1961 г., допустимы в тех случаях, когда эти формальности являются более строгими, нежели предусмотренные ст. 3 и 4 Гаагской конвенции, они могут также устанавливаться нормами международных соглашений.

  • России к законодательству, регламентирующему данный аспект, относятся, с одной стороны, вышеуказанные акты, касающиеся консульских отношений РФ с прочими государствами (Положение о консульском учреждении Российской Федерации 1998 г., Консульский устав 1976 г.), Инструкция о консульской легализации МИД СССР 1984 г., с другой, — документы, принятые
  • области проставления апостиля: помимо акта ратификации Гаагской конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, вступившей в силу для России с 31 мая 1992 г., письмо Министерства юстиции РСФСР от 17 марта 1992 г. № 7-2/26 «О проставлении апостиля», письмо Министерства юстиции РСФСР от 7 августа 1992 г. № 7-2/99 «О некоторых вопросах проставления апостиля». Следует сказать, что проблема формы и признания действительности иностранных документов, в том числе и в аспекте проставления апостиля, подверглась регламентации в нормативных документах и других ведомств — например, письмах Государственного таможенного комитета (см.: Письмо ГТК РФ от 19 января 1995 г. № 01-13/843 «О договорах о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, Гаагской
  • См. Собрание законодательства РФ. 09.11.98. № 45. Ст. 5509.

конвенции 1961 г.» в редакции письма ГКТ от 16 августа 1995 г., от 17 мая 1995 г. № 01-13/6885 «О применении иностранных документов на территории Российской Федерации»).

  • последних упомянутых документах дается, в частности, толкование содержания норм российского права и заключенных РФ международных договоров, включая вопросы механизма и процедур осуществления легализации. Например, устанавливается, что иностранные документы, предназначенные для использования на территории России, могут быть легализованы на территории того государства, где эти документы выданы, или же непосредственно в Российской Федерации. В первом случае документ сначала заверяется в Министерстве иностранных дел или ином уполномоченном органе государства, на территории которого он выдан, а затем легализуется
  • консульском учреждении Российской Федерации в данном государстве. Во втором случае иностранный документ сначала заверяется в дипломатическом представительстве или консульском учреждении того государства, на территории которого был выдан, а затем легализуется в Департаменте консульской службы МИД России. Следует отметить в данной связи, что указание общим порядком на наличие «второго способа» легализации и раскрытия его содержания не соответствует, что было показано ранее, действующим нормативным предписаниям, установленным компетентными органами (МИД РФ), поскольку подобная процедура возможна, как мы видели, лишь в исключительных случаях. Распространение письмом ГТК этой процедуры на все ситуации противоречит действующему праву.

Далее в документе дается интерпретация регулирования, содержащегося в Гаагской конвенции 1961 г. в частности ее ст. 1. Расшифровывая ее положения, анализируемый акт указывает, что «действие Гаагской конвенции распространяется на документы об образовании, гражданском состоянии, трудовом стаже, свидетельства о нахождении в живых, справки, доверенности, судебные решения и материалы по гражданским, семейным и уголовным делам и др.». Заметим, что подобный перечень в самом тексте Конвенции отсутствует, так как она единообразно устанавливает лишь родовой признак документов, на которые распространяется действие международного договора: качество быть «официальными». Таковыми в смысле Конвенции рассматриваются: a) документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, включая документы, исходящие от прокуратуры, секретаря суда или судебного исполнителя; b) административные документы; c) нотариальные акты; d) официальные пометки, такие, как отметки о регистрации; визы, подтверждающие определенную дату; заверения подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса277.

Тот факт, что Конвенция не оперирует исчерпывающим перечнем документов, равно как и сама формула «документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, включая…», весьма существен на практике именно с юридической стороны, поскольку в таких условиях каждое государство само компетентно указать, какие из его органов обладают государственным, административным и т.д. статусом, вследствие чего определяется, какие документы, выпускаемые ими, могут считаться «официальными».

Уточняя далее, что ст. 1 не распространяется на «документы, совершенные дипломатическими или консульскими агентами», а также на «административные документы, имеющие прямое отношение к коммерческой или таможенной операции» (доверенности на совершение сделок, перемещение товаров через границу, договоры (контракты) о поставке товаров и предоставлении услуг, о выполнении различных работ и расчетов по ним), анализируемое письмо ГТК идет дальше непосредственного содержания норм международного соглашения.

Заключенный в скобки перечень также не воспроизводит положения, зафиксированные в Конвенции, а представляет собой толкование ее норм. Особенно важны последующие правила,

содержащиеся в документе:  «Это означает,  что в тех случаях,  когда это предусмотрено

277 Важное значение для целей уяснения истинного характера предмета Конвенции, т.е. документов, к которым могут применяться ее положения, имеют нижеследующие правила: «Настоящая Конвенция не распространяется на: а) документы, совершенные дипломатическими или консульскими агентами; b) административные документы, имеющие прямое отношение к коммерческой или таможенной операции».

внутренним законодательством страны, на территории которой будут использоваться данные документы, они должны легализовываться обычным путем, т.е. применяться консульская легализация, включающая в себя последовательное проставление удостоверительной надписи в нескольких учреждениях. Сохранение многоступенчатости при легализации такого рода документов позволяет осуществлять более строгий контроль за деятельностью коммерческих организаций».

Нет сомнения в том, что доверенности, контракты, счета-фактуры и т.д. являются коммерческой документацией, не подпадающей под действие Гаагской конвенции. Однако требование, выраженное в рассматриваемом акте, о необходимости обеспечения их действительности за границей обычным путем, т.е. с помощью консульской легализации, явно расходится с правовой действительностью, поскольку в соответствии с международной практикой и обычаями не требуется легализации документов, имеющих прямое отношение к таможенным и коммерческим операциям. Такие документы признаются в международном обращении без легализации278. Да и трудно себе представить, как можно было бы обеспечить легализацию таких документов, исходящих большей частью от частных лиц, если учесть, что легализация иностранных документов есть подтверждение их соответствия законодательству государствапроисхождения (выдачи) и представляет собой формальный акт по засвидетельствованию подлинности подписи должностного лица и печати государственного учреждения на документах.Кроме того, как представляется, толкование международных договоров, посвященных иным вопросам, нежели таможенные, также выходит за рамки компетенции этого органа исполнительной власти, установленной соответствующими источниками права279. В этом плане и само его содержание, и обращение к толкованию, данному им в целях надлежащего уяснения норм Конвенции со стороны некоторых категорий официальных лиц, облеченных от имени государства публично-правовыми функциями и обеспечивающих правоприменение (например, нотариусов), представляется малооправданным, ибо способно привести к искаженному пониманию существа действующего регулирования, а значит, и к неправильным для процесса правоприменения выводам.

При существовании определенного вакуума в позитивном праве в том, что касается возможностей получить ответ на некоторые вопросы, связанные с обеспечением действительности иностранных документов в Российской Федерации и наоборот — российских документом за рубежом, включая и апостилирование и легализацию, заставляет, например, нотариусов брать данный акт за основу и следовать его предписаниям, что на самом деле противоречит российскому правопорядку и ведет к ущемлению прав граждан и организаций. Нотариальные же действия, характеризующиеся строгой формальностью, думается, не могут допускать ни аналогии закона, ни аналогии права, предусматриваемые, скажем, в гражданско-правовых отношениях (ст. 6 ГК РФ). В свете сказанного нельзя, таким образом, не признать существование несовершенства и пробельности отечественного законодательства и, значит, необходимости поисков путей его надлежащей корректировки и улучшения качества, отвечающих потребностям практики и требованиям строгого юридического опосредствования.

Многоступенчатость процедур, образующих консульскую легализацию, делает этот способ придания иностранным документам действительности за границей весьма сложным, формальным280и в известном смысле затратным. К тому же он имеет и существенный недостаток:

  • Подобная позиция высказывается также начальником отдела Департамента консульской службы МИД РФ И. Исаченко в публикациях на эту тему. — См.: Исаченко И.О легализации документов // Нотариальный вестник. 1999. № 5/6. С. 47.
  • См.: Положение о Государственном таможенном комитете Российской Федерации, утвержденное Указом Президента РФ от 25 октября 1994 г. (в редакции от 16 сентября 1999 г.), в нормах которого (п. 4, 5 и 6) исчерпывающим образом сформулированы его задачи, функции и права, не предусматривающие полномочия ГТК толковать иные международные договоры и акты внутреннего законодательства РФ, не относящиеся к его компетенции.
  • В Российской Федерации, например, к легализационной записи предъявляются следующие

документ, прошедший консульскую легализацию, действует только в государстве, консульское учреждение которого проставило легализационную запись. Вследствие этого такой порядок удостоверения документов, предназначенных для действия за границей, как проставление апостиля, могущего действовать во всех странах-участницах Гаагской конвенции 1961 г., закономерно считается более удобным и простым. Единые требования к апостилю — особому штампу, характеризующемуся унифицированным содержанием и формальными реквизитами, который проставляется на документе, позволили существенно облегчить международный документооборот. Оформленный должным образом апостиль не требует каких-либо дополнительных заверений.

По состоянию на 1 января 1999 г. в Конвенции участвует 61 государство; ее действие в результате соответствующих заявлений Великобритании, Франции и Нидерландов согласно ст. 13 распространено также на следующие территории: Джерси, Бейлиуик Гернси, Остров Мен, Бермуды, Британскую Антарктическую Территорию, Каймановы острова, Фолклендские острова, Гибралтар, Гонконг, Монтсеррат, остров Святой Елены, Острова Теркс и Кайкос, Виргинские острова, Англо-Французский Кондоминиум Новые Гебриды, Нидерландские Антильские острова.

Каждое договаривающееся государство в силу предписаний своего внутреннего правопорядка определяет органы, компетентные на проставление апостиля281. В США этой функцией обладают офисы секретарей штатов, в Великобритании, Люксембурге и на Мальте — министерства иностранных дел, в Бельгии — Министерство иностранных дел, торговли и сотрудничества в развитии, во Франции — канцелярии председателей апелляционных судов, в Австрии и Германии

— канцелярии председателей соответственно окружных и земельных судов, в Швейцарии — государственные канцелярии кантонов, в Лихтенштейне — канцелярия Правительства г. Вадуц, в Италии — прокуратура (прокуроры Республики), в Израиле — суды магистратов, на Кипре — Министерство юстиции и общественного порядка, в Республике Панама — Министерство управления и юстиции, на Багамских островах — Министерство иностранных дел, на Британских Виргинских островах — канцелярия Высокого суда или заместителя губернатора, на острове Мен

— Генеральная регистратура (губернатор) и т.д. В Российской Федерации этим правом наделены следующие учреждения: министерства юстиции республик в составе РФ, территориальные органы юстиции субъектов Федерации (на документах, исходящих от подведомственных органов и учреждений юстиции, соответствующих судебных органов, а также на копиях документов, засвидетельствованных в нотариальном порядке в пределах соответствующей территории), республиканские органы ЗАГС (в г. Москве апостиль проставляется Объединенным архивом управления ЗАГС Правительства г. Москвы), Росархив и архивные органы субъектов Федерации (в отношении документов, выдаваемых центральными государственными архивами России и подведомственными органами архивов субъектов Федерации), управление делами Генеральной прокуратуры РФ, а также Министерство общего и профессионального образовании РФ282. МИД РФ и его учреждения за границей не имеют полномочий по проставлению апостиля. Равным образом иностранные консульские учреждения в России также не имеют полномочий от своих

требования: она должна совершаться на русском языке, даже если сам документ выполнен на иностранном языке; ей присваивается номер по реестру; обязательно проставление даты, подписи и ее расшифровки консульского должностного лица, осуществившего запись.

281 Следует категорически возразить тем авторам, которые ошибочно полагают, будто проставление апостиля есть функция нотариусов в иностранных государствах. См.: в этой связи, например, подобные утверждения в работе Нешатаевой Т.Н. Иностранные предприниматели в России. Арбитражно-процессуальная практика. М., 1998. С. 83.

282 Полномочия по проставлению апостиля указанному ведомству были предоставлены Постановлением Правительства РФ от 21 июля 1998 г. № 810 «О предоставлении Министерству общего и профессионального образования Российской Федерации полномочий на проставление апостиля на официальных документах об образовании, выдаваемых в Российской Федерации», о чем со стороны МИД РФ было сделано официальное уведомление депозитарию Гаагской конвенции — Правительству Нидерландов.

государств по проставлению апостиля на документах.

Как отмечалось ранее, ст. 3 и 8 Гаагской конвенции допускают возможность заключения между государствами-участниками международных договоров, которые либо устраняют требование легализации иностранных документов вообще, либо ужесточают по сравнению с Гаагской конвенцией формальные требования к их удостоверению. И в первом, и во втором случае при решении вопроса о действительности иностранных документов в пределах данной территории должны применяться условия, сформулированные в подобных межгосударственных соглашениях. Так, ни консульская легализация, ни проставление апостиля не могут быть потребованы, если договоренности между соответствующими странами еще более упрощают такие процедуры. К их числу следует отнести двусторонние и многосторонние договоры о правовой помощи, заключенные РФ с множеством зарубежных стран, которые в большинстве своем отменяют правила о легализации (либо проставлении апостиля, если государства-партнеры являются участниками Гаагской конвенции) и устанавливают порядок признания документов, выданных властями одной договаривающейся стороны, в качестве официальных на территории другой договаривающейся стороны и их доказательственной силы. В частности, многосторонняя Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениям по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г. стран СНГ определяет следующие правила действительности документов: «Документы, которые на территории одной из Договаривающихся Сторон изготовлены или засвидетельствованы учреждением или специально уполномоченным на то лицом в пределах их компетенции и по установленной форме и скреплены гербовой печатью, принимаются на территориях других Договаривающихся Сторон без какого-либо специального удостоверения» (ст. 13)283.

  • условиях сегодняшней российской правовой действительности нелишне заметить, что если в отношении документов, происходящих из стран-участниц Содружества Независимых Государств или стран Балтии, существует тенденция следования предписаниям международных соглашений, то в вопросах признания действия в РФ официальных документов иных государств, подписавших
  • Россией аналогичные договоры, которые устраняют требование легализации официальных документов, отсутствие на них каких бы то ни было удостоверений в некоторых кругах (большей частью таможенных, как было продемонстрировано, а также нотариальных органов) вызывает сложности, которые зачастую приводят к неправомерным выводам о необходимости совершения подобного действия и, как следствие, нарушению прав граждан и организаций.

Помимо этого, на практике нередко возникают спорные вопросы, касающиеся содержания статей договоров, отменяющих требование легализации и толкования правил об установленных ими порядке совершения или засвидетельствования, форме, реквизитах и т.п., свойственных документам, подлежащим признанию в качестве действительных в других государствах на основании международных договоров. Устранение неясностей или разночтений в толковании разрешается участниками на основе взаимности и с учетом их интересов284. Однако далеко не всегда информация о подобном согласовании, направленная на урегулирование ситуации в отношениях между государствами, оперативно доводится до конкретных адресатов норм международных договоров — органов, служб, должностных лиц и гражданско-правовых субъектов данных государств для целей эффективного правоприменения.

  • свете изложенного становится очевидной настоятельная потребность в сложившихся условиях в совершенствовании отечественного законодательства в затронутой сфере, в том числе путем разработки и принятия специального акта.
    • свете изложенного в сложившихся условиях становится очевидной настоятельная потребность в совершенствовании отечественного законодательства в затронутой сфере, в том
  • С некоторыми странами Россия заключила договоры о правовой помощи, в которых отмена требования о легализации документов распространяется только на те из них, которые представляются договаривающимися государствами друг другу по дипломатическим каналам в

рамках оказания правовой помощи. К ним относятся Греция, Италия, Китай, Финляндия.

  • См.: Исаченко И. Указ. соч. С. 48.

числе путем разработки и принятия специального акта, который содержал бы более или менее исчерпывающие ответы на вопрос об имплементации положений Конвенции 1961 г. и иных международных соглашений на территории РФ в аспекте порядка проставления апостиля, освобождения от засвидетельствования, а также удостоверения в подлежащих случаях иностранных документов и т.д. для целей их действия в Российской Федерации, равно как и российских документов за рубежом.

Контрольные вопросы:

  1. Что понимается под «международным гражданским процессом»?
  • Каково соотношение международного гражданского процесса и МЧП? Место международного гражданского процесса в системе отраслей права и отраслей правоведения в современной юридической науке?
    • Что составляет содержание понятия «международная подсудность»? Какие известны в настоящее время системы международной подсудности и их критерии?
    • Что понимается под «конфликтом юрисдикции» и каковы способы их разрешения?
    • Какие имеются средства правового регулирования доступа иностранцев к правосудию в международном гражданском процессе? Каково основное содержание и цели института «судебного налога»?
    • Какова принципиальная основа правового положения иностранных граждан и юридических лиц в Российской Федерации?
    • В чем состоят особенности правового положения государств и международных организаций
  • гражданском процессе?
    • Каковы понятие и объем содержания категории «правовая помощь»? Что составляет основу правового регулирования сотрудничества государств в области оказания правовой помощи?
    • Как в договорах о правовой помощи регламентирован порядок в отношении исполнения поручений иностранных судов?
  1. Что характеризует действующий в РФ порядок исполнения иностранных судебных решений? В других государствах мира?
    1. Каковы правовые основы деятельности нотариата в различных правовых системах?
    1. Каким путем в современных международных отношениях может быть обеспечена действительность иностранных документов за рубежом?Литература: Кейлин А.Д.Судоустройство и гражданский процесс капиталистических государств.Ч. I., II. М., 1961; Лунц Л.А.,Марышева Н.И. Курс международного частного права. Международный гражданский процесс. М., 1976. С. 363 — 492; Чешир Дж.,Норт П. Международное частное право. М., 1982. С. 363 — 492; Пучинский В.К. Гражданский процесс США. М., 1985; Плигин В.Н. Юрисдикция судов по гражданским и коммерческим делам в условиях единого правового пространства (на примере стран-членов ЕС и ЕАСТ) // Российский ежегодник международного права. 1992; СПб., 1993; Международное частное право. Сборник документов / Сост. К.А.Бекяшев,А.Г.Ходаков. М., 1997; Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М., 1996; Богуславский М.М. Международное частное право. М., 1999; Звеков В.П. Международное частное право: курс лекций. М., 1999. С. 429 — 466; Нешатаева Т.Н. Иностранные предприниматели в России. Судебно-арбитражная практика. М., 1998; Право Европейского Союза: Документы и комментарии / Под ред. проф. С.Ю.Кашкина М., 1999; Исаченко И. О легализации документов // Нотарiальный вестник. 1999. № 5/6; Признание и исполнение иностранных судебных решений по экономическим спорам (Документы и комментарии) // Библиотечка журнала «Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации». Специальное приложение к № 3. Март, 1999; Старжнецкий В.В. Брюссельская конвенция по вопросам подсудности и принудительногоисполнения судебных решений по гражданским и торговым спорам // Там же. С. 27 — 32; Хендрикс Т.П. Американская правовая помощь по экономическим спорам,разрешаемым судами итретейскими судами // Там же. С. 32 — 40; Ануфриева Л. Действительность документов, применяемых за границей // Бюллетень Министерства юстиции Российской Федерации. 2000. № 9; Носырева Е. Альтернативы среди альтернатив:еще раз об опыте разрешения споров в США//Хозяйство и право. Приложение к № 1. Январь, 2000; Развитие небюджетного нотариата в России: квалифицированная помощь и защита прав граждан и юридические лиц. М., 2000; Проблемы международного частного права: Сборник статей / Под ред. доктора юридических наук Н.И.Марышевой. М., 2000.С. 68 — 85, 190 — 205; Кендел М. Развитие гражданского процессуальногоправа в Венгрии // Правоведение. 2000. № 1. С. 174 — 191; Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. В 2-х т. / Пред. редколл. В.А.Туманов. М., 2000; Шак Х. Международное гражданское процессуальное право. М., 2001.

О Main Aditor

Здравствуйте! Если у Вас возникнут вопросы, напишите нам на почту help@allinweb.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.